И он должен им воспользоваться.
Глава 24
Спустя несколько недель Леонард Корелл прогуливался по кембриджской Кингс-парэйд в новом красно-сером костюме. Он важничал, изображая собой не то светского льва, не то ученого мужа, и любовался городом. Кембридж был красив, Леонард чувствовал себя персонажем старинной картины. Он думал о том, что прохожие на улицах принимают его за молодого профессора – скорее в какой-нибудь гуманитарной области. Например, истории литературы, почему бы и нет? Леонард придал лицу воодушевленное выражение, какое, наверное, бывает у людей, которые много читают. Потом вдруг решил, что похож на приезжего из какой-нибудь южной страны. Оглянувшись на зеркало в витрине, он поймал взгляд стильного молодого человека и понял вдруг, что все это – не более чем фасад. Видимость, не столько раскрывающая, сколько скрывающая суть.
Корелл приосанился, но на подступах к Королевскому колледжу снова почувствовал себя маленьким и жалким. И не то чтобы оробел в предчувствии назначенной здесь встречи. Уже фасад здания являл собой нечто поистине грандиозное. Леонард словно вернулся в детство, когда бывал здесь с отцом.
Газоны на территории колледжа переливались всевозможными оттенками зеленого цвета. Тщательно подстриженная трава казалась мягкой, как бархат. В стороне от здания рос большой каштан, за которым высилась увенчанная башенками готическая часовня. По обе стороны ворот прямо на траве лежали велосипеды. Здесь же стояла часовая башенка с причудливым орнаментом на каменном столбе.
Светловолосый молодой человек, встретивший Леонарда в холле, не удивился вторжению. Помимо прочего, колледж был туристическим объектом, открытым для всех желающих. Несмотря на это – вероятно, виной тому были фонтаны во дворе и пышное убранство интерьеров, – Леонард почувствовал, что ступил на чужую территорию.
Сориентироваться по описанию, которое ему дали по телефону, оказалось затруднительно, и помощник инспектора поневоле пожалел, что рядом нет тети. Она, конечно же, смогла бы провести его куда угодно.
Ведь сама эта поездка – заслуга Вики. Это благодаря ей Корелл получил выходной.
– Скажи, что я при смерти, – посоветовала она ему.
– Но я не могу этого сказать, – испугался Корелл.
– Отчего же? – как будто даже удивилась она. – А потом придумаем чудесное выздоровление.
Дрожащей рукой тетя Вики написала Ричарду Россу нечто вроде прошения, где умоляла инспектора на денек овободить Леонарда от работы, дабы дать ему возможность проститься с умирающей тетей. Причина смерти – рак лимфатических узлов.
– Когда врешь, – учила тетя Вики, – важно быть точным. Главное – как можно больше деталей, и чем они неожиданней, тем лучше.
Прочитав послание тети Вики, Ричард Росс проникся сочувствием и даже зауважал Корелла.
– Хорошо, что она так много значит для тебя, – сказал он.
Но сейчас тети Вики рядом не было, и Корелл напрасно озирался, ожидая помощи.
Откуда ни возьмись, появились два мальчика.
– Могу я чем-нибудь вам помочь? – спросил один.
Корелл отчего-то так испугался, что лишь кивнул в ответ.
Озабоченный тем, как бы не уронить себя в их глазах, он едва слушал своих спасителей. Тем не менее, больше по наитию, отыскал то, что нужно.
Боудли-Корт оказался старым особняком из красного кирпича. Стены до уровня окон увивал плющ. На черепичной крыше торчали три трубы. На лужайке перед особняком стояли несколько деревянных скамеек. На одной из них сидел темноволосый молодой человек в черной кожаной куртке с металлическими пластинами на плечах, как у мотоциклиста; он что-то писал в тетради и курил трубку.
Корелл напрягся – это мог быть Робин Ганди. Всю дорогу до Кембриджа Леонард был полон решимости. Куда она вдруг подевалась? Он растерялся, будто его вытолкнули на сцену. Но разговор, начатый по телефону, так или иначе надо было завершить. И то, что он представился полицейским, также задавало беседе определенный тон.
– Доктор Ганди?
– Помощник инспектора Корелл?
– Да.
Леонард слишком нервничал, чтобы перейти сразу к делу, поэтому завел разговор о погоде. То, что они встретились в Кембридже, само по себе было удивительно, ведь Ганди работал в университете в «кишащем любовницами» Лестере. Но, когда они по телефону выбирали место встречи и Ганди упомянул Кембридж, Корелл сразу ухватился за его предложение. Этот городок придавал их встрече особый настрой. И все-таки, прогуливаясь с профессором вдоль канала неподалеку от Королевского колледжа, Корелл чувствовал себя не вполне комфортно. Обстановка казалась ему слишком торжественной. Мимо прошли двое магистров – словно посланцы иного столетия. Доктор Ганди больше молчал и как будто замкнулся в себе. Кореллу самое время было объявить, что он приехал сюда как частное лицо, но смелости опять не хватило. Наконец Леонард решил, что для дела будет выгодней оставаться полицейским.