Я уже хотел вернуть книгу на место, когда любопытство Рейи проявилось в полной мере. Я схватил ее за руку в тот момент, когда она вытащила из сумки лоскут красного шелка.
– И вот эта штучка может прикрыть все, что между ног? – изумилась Рейя.
Дейлод не выдержал и покинул свой пост. Теперь он нависал надо мной, дыша в затылок.
– Это трусы «танга», я видел такое по телевизору.
– Ты опять смотришь этот ужасный канал?
Я выхватил трусики из рук Рейи.
– А ну заткнитесь, вы, оба!
– Ты не хочешь их понюхать? – невинно спросила Рейя. – Нужно запомнить запах этой женщины. Вдруг понадобится ее выследить.
– Я не собираюсь их нюхать! – Кто бы ни придумал этих дурацких полусобак-полулюдей, ему следовало аккуратнее обращаться со своей магией.
– Я понюхаю, – вызвался Дейлод.
– Нет, я…
Я поднял глаза и увидел Оливию и Уильяма, стоявших в коридоре. Лицо Оливии было мокро от слез, но вдруг оно странно дрогнуло. Вампирша не сумела сдержать улыбку, отчего на щеках у нее появились самые очаровательные маленькие ямочки, какие я когда-либо видел.
Уильям же выглядел так, словно был готов спустить на меня собак. Однажды, еще во времена «сухого закона», какой-то придурок чуть ли не до смерти избил одного из наших рабочих из-за кварты спирта. Я, Уильям и близнецы разыскали этого вдрызг пьяного урода на берегу реки. Близился рассвет, а потому мы с Уильямом ушли. Близнецы остались. Я слыхал, что на следующий день ошметки того парня пришлось смывать из брандспойта…
Я положил трусики обратно в сумку и закрыл клапан.
– Оливия, я приношу извинения за Джека. Временами он ведет себя как неотесанная деревенщина.
– Джек всего лишь пытается тебя защитить, – просто сказала она. – Я могу его понять.
А я вдруг поймал себя на мысли о том, что мечтаю прикоснуться языком к этим чудесным ямочкам. Спохватившись, я заставил себя выговорить:
– Простите, Оливия. И еще… я очень сожалею о вашей потере.
– Спасибо. И если уж на то пошло, мне нечего скрывать. Уильям заметно расслабился.
– Пожалуйста, Оливия, присаживайся.
Дейлод переставил сумку на пол, и вампирша уселась посреди дивана. Уильям устроился справа от нее, а я слева. Близнецы заняли кожаные кресла. Потом Уильям спросил, не надо ли ей чего. Оливия покачала головой.
– Тогда расскажи, каким образом тебе удалось добраться сюда так быстро?
– После твоего звонка люди Элджера разбудили меня. Был белый день… но да ничего страшного. Мы нашли пилота с личным самолетом, который согласился отвезти тело в другую страну. Рабочие отвезли мой гроб на аэродром, погрузили его на борт – и вот я здесь.
– Проблем с летчиком не было? – спросил Уильям.
– Мы дали ему достаточно денег, чтобы он не задавал вопросов. Скорее всего, пилот в тот момент не поверил, что в гробу есть тело. Думал, что тот набит какой-нибудь контрабандой. – Оливия махнула рукой, словно говоря, что проблемы смертных ее не волнуют. – Так или иначе, мы дозаправились в Гренландии, а потом махнули сюда. Приземлились на частном аэродроме. Там было темно, так что я смогла выйти. Я дождалась, когда пилот войдет в грузовой отсек… – Оливия улыбнулась. – На мне были эти самые красные «танга» и почти ничего больше. Мы достигли взаимного… удовлетворения, я приняла меры, чтобы полет он толком не запомнил, потом попросила отвезти гроб обратно в Гренландию и оставить в условленном месте. Летчик даже не знает, что именно он сделал и почему.
У меня имелась масса вопросов, но я видел, что Уильям злится, и поэтому предпочел помолчать. Он на дух не переносит вампиров, пренебрегающих режимом секретности, полагая, что это ставит под угрозу наше существование. А Оливия не только нарушила несколько тысяч правил, но и явилась прямиком сюда. Поглядим, как эта красотка со своими прекрасными ямочками переживет приступ уильямовой ярости…
Он поднялся на ноги, глаза его сверкали, точно у демона из ада. Однако же заговорил Уильям спокойно и ровно:
– Что-нибудь вполне могло пойти не так. О чем ты только думала?
От звука его тихого голоса, проникающего до самых печенок, волосы мои едва не встали дыбом. Я слышал, как Уильям отдавал приказания, слышал, как он орал, но никогда прежде он не говорил так бесцветно, так… мертво. Я видел, как ноги Уильяма оторвались он пола; он начал левитировать. Боже ты мой!
Я сочувственно посмотрел на вампиршу, потому что после фиаско с сумкой решил хвататься за любую возможность заслужить ее расположение, если хочу когда-нибудь снова увидеть красные трусики. Даже близнецы, кажется, чувствовали себя неуютно. Если бы они сейчас были собаками, то наверняка поджали бы хвосты.