Ранить - вот моя цель. Задеть как можно больнее. Отомстить. Пусть знает, что мне наплевать. Я не стану оправдываться! Считаешь меня плохой? Значит буду такой!
– Не помню, – ловлю пустой взгляд. Улыбаюсь. Чтобы задохнулся, чтобы расплющило, разорвало на части. – Сбилась со счета, – веду плечами, наслаждаясь агонией.
Его.
Моей.
Нашей.
В его глазах - смерть. Бушующая стихия, что кроет нас обоих. Приговор.
Мне бы оскорбиться, ударить за наглость, за надменную ухмылку из серии “я так и знал”. Но нет. Видимо таблетка вконец исказила восприятие, потому что меня заносит. Инстинкт самосохранения выходит из чата, и я делаю шаг.
Сколько между нами? Сантиметр? Бездна? Все сразу. Опускаю руки, и корсет соскальзывает на живот, обнажая грудь.
Вот и все.
Наконец осознаю, для чего я тут.
Вскидываю голову.
– Ты же этого хочешь? Поэтому купил меня у мужа? Так давай, чего медлишь?! Или мне самой?
Меня бросает то в жар, то в холод. Щеки горят, а тело бьет мелкой дрожью. Дыхание сбоит.
Тянусь к его брюкам. Накрываю металлическую пряжку рукой, готовая расстегнуть ремень… Как вдруг что-то происходит.
– Что ты творишь? – серые глаза вспыхивают темным огнем. Твердая ладонь оказывается на моей шее, пальцы жестко фиксируют подбородок, в одно движение притягивая к себе.
Сердце замирает, когда он склоняется над моим лицом, тяжелый с надрывом выдох обжигает кожу, заставляя каждый мой нерв тревожно натянуться.
Мгновения утопают в вечности, пока Тимур беспощадно смотрит мне в глаза. Огненные всполохи в его зрачках оборачиваются застывшими угольками черной лавы.
– Что ты делаешь?! – шипит вопросом и, не дожидаясь ответа, затыкает мой рот поцелуем.
Мощным рывком припечатывает к себе, сжимает сильнее, резче, грубее. Будто хочет наказать. Меня? Или нас обоих?
Поцелуй горький, яростный, как будто мне в горло заливают отраву, заставляя глотать… глотать до последней капли.
Не могу ни о чем думать. Выгибаюсь в его руках, таю от беспощадного натиска губ. Из горла вырывается сдавленный стон.
Тимур замирает так же резко, как и начинает это безумство. Отстраняется, глядя затуманенным взглядом в глаза. Моргает, прогоняя наваждение и, наклонившись вплотную огорошивает словами:
– Ты что под дозой?!
– Тебе не все равно? – выдавив из себя, впиваюсь ногтями в держащую меня руку. – Какая разница, что я чувствую главное, чтобы тебе было хорошо…
– Идиотка, – рычит, резко отстраняясь.
Хватает с кресла мое же пальто, которое снял когда я была в отключке, и бросает мне.
Дрожащими руками прижимаю кашемир к груди, лихорадочно соображая. Утыкаюсь носом, чувствуя как на глаза наворачиваются слезы.
– А… разве, – недоуменно спрашиваю я, глядя куда-то в пол.
– Нет! Не знаю, за кого ты меня принимаешь, но я не садист, Снежинка. И уж точно не насильник. Да, я купил тебя - это факт. И то, что я хочу тебя тоже очевидно. Но не так, черт возьми! Не когда ты в отключке или не соображаешь, что творишь. А если ты хоть на минуту могла представить, что я возьму тебя силой - то просто выжила из ума!
Он резко разворачивается и выходит из комнаты. Падаю на диван и вздрагиваю от громкого хлопка дверью. Боже…
Мне показалась или в его голосе я слышала боль?
***
Я снова не сплю. Не в нормальном понимании этого слова. Проваливаюсь в кратковременное забытье, вскакиваю из-за очередного кошмара, сижу, уставившись в одну точку, потом снова вырубаюсь. И так по кругу.
Очередное пробуждение вызвано приступом тошноты. Острым, как при отравлении. Словно желудок засунули под пресс и давят… давят без остановки. Голова кружится, по спине и шее градом стекает пот. Мне плохо. Очень-очень плохо…
Я тут же соскакиваю с дивана и, цепляясь за стены на негнущихся ногах брожу по апартаментам в поисках ванной комнаты. Залетаю в одну из дверей и чудом успеваю добежать до унитаза.