– Водитель отвезет тебя, куда скажешь. Если надо, сходи по магазинам, докупи все необходимое. Завтра будет важный прием. Я приглашен, ты выступишь в качестве моей спутницы.
Сильнее вцепляюсь в бархатную обивку. Очередное показательное выступление на публику. Я привыкла.
– Хорошо.
Решаю не уточнять деталей.
Лишние они.
На линии снова зависает тишина. Тягостная и неприятно жгучая, едва осязаемая.
Звук его дыхания царапает слух, по телу мелким бисером рассыпаются мурашки.
Впиваюсь ногтями в ладони, и легкая боль отрезвляет.
– Я буду готова.
Закончив разговор, возвращаю телефон хозяйке и иду сушить волосы. Бегло осматриваю свое отражение, стараясь ни на чем не зацикливаться. Собираю каштановую копну в высокий «хвост» и решаю не переодеваться.
Свободный брючной костюм темно-синего цвета сидит вполне сносно - намного лучше, чем кричащий комбинезон без рукавов и утягивающим корсетом.
Мысленно благодарю Тимура за щедрость и возвращаюсь в гостиную, где меня ждет Милена.
Девушка тоже немного преобразилась. Вместо униформы горничной на ней джинсы и бежевый свитер. Зимняя куртка лежит на диване рядом с моим пальто.
– Можем ехать? – спрашивает больше ради приличия.
– Да, – отвечаю я.
Накидываем верхнюю одежду и вместе выходим из номера.
Глава 9
– Уверена? Тебе точно не нужна будет помощь?
Милена в очередной раз спрашивает об одном и том же.
– Да, Милен, уверена.
– Ну смотри…
– Все хорошо. Там всего лишь одна маленькая сумка. Я спокойно донесу ее до лифта, – произношу уверенно, хотя у самой внутри так и крутит от дурного предчувствия, а глаза то и дело возвращаются к припаркованной у дома машине с красивыми зеркальными номерами.
Все-таки приехал…
Помедлив, открываю дверь и выбираюсь из салона. Яркое зимнее солнце светит прямо в глаза, заставляя щуриться. Взгляд то и дело возвращается к черной иномарке, тело предательски немеет, превращаясь в один натянутый до предела нерв. Только я успокоилась после недавнего разговора с Тимуром, как вновь трясусь от ожидания того, что может меня ждать в закрытой квартире.
Господи, помоги. Пусть его не будет дома. Он же мог уехать на другой машине? Или взять такси… Глеб никогда не останавливается в городской квартире - он ее просто ненавидит. Это… просто совпадение…
Лифт медленно плывет вверх, отсчитывая этажи и, остановившись на нужном, оглушает мерзкой металлической трелью.
Выхожу в белоснежный коридор и иду в квартиру. Тихо открываю дверь, все еще надеясь, что муж не дома… И тут же морщусь от тяжелого алкогольного флера. Снова удача прошла мимо меня. Ничего удивительного.
Кладу связку ключей на полку и, разувшись, прохожу вглубь квартиры.
Хриплый, заплетающийся от количества выпитого, голос доносится из столовой:
– Снежана? Это ты?
Тело сковывает приступом страха. Я застываю в коридоре в ожидании бури.
– Я… – легкие горят так, что я не могу вдохнуть. С трудом сглатываю и делаю еще один шаг. – Привет. Ты дома?
Смотрю на мужа, вальяжно развалившегося на диване и не могу скрыть удивления. Никогда раньше не видела его таким. Словно с нашей последней встречи прошли недели… месяцы. Весь помятый, постаревший на годы, на лице небрежно отросшая щетина, под голубыми с красными паутинами капилляров глазами фиолетовая синева. Белая рубашка распахнута на груди, а пиджак валяется в ногах рядом с тремя пустыми бутылками виски.
– Как видишь, – улыбается он, опрокидывая в себя остаток янтарной жидкости. – А ты какими судьбами? Не понравился любовничек? Решила вернуться к мужу?
Смеется. Но этот надрывный глухой звук больше похож на привет из ада.
Встрепенувшись, скидываю с плеч пальто и иду к раковине. Под его пристальным взглядом набираю в стакан воды и делаю пару глотков.
Поворачиваюсь.
– Я приехала за своими вещами, Глеб, – голос на удивление спокойный. – Этот мужчина… он хочет, чтобы я полетела с ним в другую страну.
Смотрю на него в ожидании хоть какой-то реакции, чего-нибудь… Наивная. Он же знал с самого начала. Продал меня. Согласился. Теперь уже поздно.