Краем глаза слежу за реакцией Тимура, которой ожидаемо нет. Он подходит к трапу и, замерев, пропускает меня вперед. Вежливо. Галантно. Невозмутимо.
Когда-нибудь я точно привыкну.
Делаю шаг и едва не спотыкаюсь стоит ему аккуратно взять меня за руку. Его теплая ладонь едва касается моей. Пальцы ложатся снизу как бы поддерживая, а меня ведет. Кожа горит. Взрывается невидимым фейерверком. Я чудом остаюсь на ногах.
Смотрю на наши руки. Его смуглую, большую с длинными темными волосами и мою… почти белую, холодную как лед. Разные. До невозможного чужие. Совсем не сочетающиеся между собой. Но… Боже мой… Как же это красиво!
Сердце пропускает удар.
Зажмурившись, закусываю нижнюю губу.
Дыши, Снежана. Вдох… выдох. Давай!
– С-спасибо, – бормочу я, делая еще один шаг. Прикосновение заканчивается, и я торопливо поднимаюсь наверх, сжав пальцы в кулак.
Не думай. Не смей зацикливаться. Это ничего не значит. Обычная вежливость - не более.
Едва не сталкиваюсь со стюардессой. За секунду успеваю затормозить, чтобы не врезаться в идеальное, обтянутое голубой униформой, тело стюардессы.
– Извините, – произношу тихо.
Восхищенно рассматриваю плавные изгибы и тут же теряюсь от глубины декольте. Не знала, что им можно так одеваться…
– Все в порядке, – снисходительно улыбается брюнета. – Проходите, можете сесть, где хотите. Я подойду через минуту, – а сама заглядывает мне за спину.
Моментально меняется в лице. Улыбка становится живой, в нотками обожания. Глаза горят… Взгляд уверенной в себе женщины, точно знающей, чего она хочет. Настоящая охотница.
Я будто прирастаю к месту, не могу пошевелиться.
– Добрый вечер, Тимур Давидович! Добро пожаловать на борт. Как прошла ваша командировка? – воркует она, умело используя все свое очарование. Интересно, скольких мужчин она так покорила?
– Все, как и планировал, – отвечает Тимур. – Передай пилоту, что мы уже готовы. Чем скорее взлетим, тем лучше. И да…
Тимур еще что-то говорит, но я уже не могу слушать.
Противно.
Просто неприятно.
Больно.
Не могу описать, что именно я чувствую. Это сложно. Очень трудно, когда внутри - сплошная неразбериха.
Я разворачиваюсь и кое-как перебирая ватными ногами прохожу вглубь салона. Сажусь в одинокое кресло и тупо вглядываюсь в иллюминатор невидящим взглядом.
Конечно он привлекает женщин.
Такой мужчина просто не может не привлекать.
Это логично.
Он богат. Хорош собой. Обладает достаточной властью. Женщины таких обожают!
Но…
Опять это пресловутое «но». Оно причиняет такую невыносимую боль, будто в грудь не просто вогнали нож, но еще и провернули несколько раз с особой жестокостью, чтобы я наконец очнулась. Взяла себя в руки и перестала быть тряпкой, об которую все вытирают ноги!
– Вот ты где, – слышу я и поворачиваю голову на голос.
Тимур медленно подходит ко мне и, прислонив трость к стене, опускается в кресло напротив. Пальто он уже успел снять и теперь представляет собой ожившую фотографию со страниц модного журнала. Темно-синий пиджак, бледно-голубая рубашка, туфли из натуральной кожи, даже часы на запястье - все безумно дорогое, красивое и до невозможного ему подходит. Не могу оторвать глаз, хоть и понимаю, что должна.
– Не хотела вам мешать, – я стараюсь, чтобы мой голос не звучал жалко и что самое главное, чтобы в нем не было и тени… ревности? Серьезно?!
Поперхнувшись собственным открытием, начинаю кашлять. Сгибаюсь пополам от спазма, но не помогает. Воздух не проходит, словно горло сдавили огромными щипцами. И давят, давят без конца, пока не выжмут из груди все живое.
– Снежана! Снежинка!
Так нежно мое имя произносил только он…
– Ты меня слышишь? Кто-нибудь принесите уже воды! Снежинка…
Устало поднимаю на него взгляд.
Тимур рядом. Стоит, склонившись надо мной. Его руки держат мое лицо. В глубоких серых глазах беспокойство…
Не могу поверить! Он… он правда?
– Тише, тише, маленькая, – произносит мягко, стирая выступившие от кашля слезы. – Все хорошо. Попей водички. Давай.