Я опешила.
Послезавтра моя миссия здесь закончится. Я соберу вещи и вернусь в свою жизнь. Таков был уговор… Так и не нашлась, что сказать. А он…
Он не стал ничего объяснять.
– До вечера, – коротко поцеловал меня в губы, провел пальцами по щеке и… все.
Через секунду я услышала, как хлопнула входная дверь.
Утыкаюсь лицом в подушку и так и лежу, без движений. Сердце бешено грохочет в груди, кожа горит. Что же он задумал? К чему все это?
Как бы я не хотела сохранять трезвость, мысли о возможном хэппи энде не дают мне покоя. А если это не конец? Если он хочет, чтобы я осталась? Хочет представить меня своим друзьям… По-настоящему. Не как знакомую или просто пару на вечер…
Боже, дай мне сил не сойти с ума раньше времени.
Десять дней!
Только он и я.
Десять дней!
Его ласки и мои стоны. Я хлебнула это счастье сполна. Но как же дождаться признаний?
Поворачиваюсь на бок и, свернувшись калачиком, смотрю в одну точку. Вид на горы успокаивает, я снова и снова мечтаю о том, как однажды заберусь на самый верх. Представляю, какой там чистый, вкусный воздух. Какая природа. Река. Там обязательно должна быть горная речка. Маленькая и шумная. С кристально чистой водой. И домик. Уютный, весь из местного бруса. А еще там пахнет цветами…
Я вздыхаю. Тяжело. Со свистом. Тонкая грань между реальностью и мечтой.
Еще несколько минут тишины. Завтра решающий день. Я обязана взять себя в руки.
И осознание этого вгоняет в еще больший ступор.
Волнение, трепет, ожидание и страх. Адская смесь для моей еще не окрепшей психики. Но я держусь. Настраиваю себя на лучшее и встаю.
Снова накидываю его рубашку. Вспоминаю, как срывала ее вчера. Одну из пуговиц нахожу под одеялом, когда заправляю постель. Сжимаю ее в руке, как самое настоящее сокровище. Прячу в коробку из-под мужских часов в верхнем ящике комода. К другим драгоценностям по типу одинокой запонки и моей порванной серебряной цепочки.
Вторую запонку я так и на нашла, хоть и убирала в квартире каждый день. А цепочка… Это случилось на третий день. Тимур немного не рассчитал силу своей страсти.
Я даже не сразу это заметила. Поняла только, когда нашла под кроватью свой кулон - маленькую снежинку с россыпью фианитов. Тимур подарил мне ее, когда мы только-только начали встречаться.
– Снежинка для моей Снежинки…
Он не вспомнил либо просто не обратил внимания. Не знаю. Но потерять свой кулон я не могу.
Наведя в квартире порядок, достаю из шкафа очередной новый комплект вещей. Черное кружевное белье от известного итальянского бренда, колготки с носками и бежевый брючной костюм из тонкой шерсти. Беру все это и иду в ванную, принимаю душ и быстро одеваюсь. Волосы сушу и решаю оставить распущенными, наношу легкий дневной макияж. В конце не могу удержаться и брызгаюсь духами Тимура. Совсем немного, капельку, чтобы потешить свое, так неожиданно проснувшееся, женское эго.
Платье, в котором приехала убираю в шкаф, туда же идут пакеты с нетронутыми вещами и коробки с обувью. За все это время Тимур одарил меня десятком новых нарядов, но я так ни разу их не надела. Дома на мне были его рубашки, а выходили мы всего пару раз и то, чтобы подышать воздухом.
Еще раз окидываю квартиру взглядом, беру свой клатч и выхожу в коридор.
Переступаю порог, стараясь не обращать внимания на зарождающуюся в душе грусть.
Все будет хорошо.
– Доверься, – приказываю себе и жму на кнопку вызова лифта.
Во дворе меня уже ждет знакомая машина. Обмениваемся приветствиями, Павел помогает мне забраться в салон, и мы выезжаем со двора.
Не удержавшись, все же оглядываюсь назад. Короткий вздох и знакомая тяжесть в груди. Я буду скучать…
***
Предпраздничная суета, гомон голосов и целый водоворот дел - все это захватывает, завораживает и каким-то невероятно магическим образом будто переносит меня в детство, в далекую прекрасную сказку. И я погружаюсь в нее с головой, помогаю с подготовкой, украшаю дом, слушаю рассказы Софико о грузинских традициях и впервые за уже почти прошедшие две недели чувствую себя по-настоящему свободной. Все тяготы прошлого, ответственность, страх перед неизвестным - кажется, ничего из этого больше не осталось. Только надежда и робкая вера на счастье. Больше я ни о чем не думаю.