– Давай ты сделаешь тест, чтобы я не волновался, хорошо? – тут уже пришла очередь Ника давить на меня. Хотя не слишком-то он и давил, тем более я была абсолютно уверена в отсутствии положительного результата. Так будет спокойнее и ему, и мне. Нам и без того досталось слишком много негатива в последнее время.
После моего согласия легким кивком головы Ник улыбнулся своей обворожительной улыбкой, сводившей меня с ума, его пальцы практически невесомо касались моих губ, обводя контур, а свободная рука прижимала меня сильнее к сильному телу. К такому родному и красивому. К теплому, рельефному. А стоило мне только прикоснуться к груди, я почувствовала ритмичные удары сердца, которые с каждой секундой увеличивало собственное биение. Любимый. Родной. Мне много что хотелось ему сказать. Слова любви, поддержки. Нужды. Дни с Ником стали для меня абсолютным раем, если исключить звонки из адского логова, которые периодически мучили нас…
И, видимо, адский патруль решил напомнить о себе… опять в неподходящий момент…
Услышав звонок, Ник отошел к кухонному окну, дабы не беспокоить меня. Хоть женское любопытство кричало о том, чтобы я немедленно поднялась с кровати и услышала все досконально, постараться отгородить себя и любимого мужчину от этой женщины. Только я опоздала. Нет, я не встала с постели из-за слабости, не пыталась вмешаться в телефонный разговор, но, видимо, Ник решил все сам, а его обеспокоенное лицо и резкие движения не заставили меня усомниться в этом. Он забежал в гардеробную и наскоро натянул на себя первое, что попало под руку. Радовало, что это были не мои брюки и свитера.
– Что-то случилось с Кристиной, мне нужно уехать, – завидев меня в дверях (все-таки пришлось подняться, накинув на себя одеяло), пояснил Ник.
Только этого не хватало. Все повторялось опять. В какой-то момент я вернулась на два месяца назад, когда он, насладившись нашим времяпрепровождением, одевался и уезжал домой к жене. Да, сейчас за ней остаются те же права на мужа, только теперь меня это совсем не устраивало. Вновь он поспешно одевался, едва глядя в мою сторону, вновь куда-то спешил.
Спешил оставить меня одну, поглощенную дурацким чувством одиночества…
– Надолго?
– Не знаю, – коротко бросил он, проходя мимо меня в прихожую.
– Ты обещал, что не будешь ездить к ней, пока не получишь подпись, – напомнила я недавний разговор перед его отъездом в командировку. В тот момент эмоции взяли надо мной вверх, заставив Ника пообещать мне больше не встречаться с женой без надобности. Сейчас происходило то же самое. Вновь все негативные чувства волной накрывали меня, превращая из плохо чувствующей девушки в некое подобие фурии. Да, он считал, что нужен ей, и этот звонок можно считать экстренным, однако в глубине души я предполагала, что это очередная ловушка для него.
Ловушка, из которой он может не выбраться…
– Я не могу оставить Крис одну.
– А меня можешь? – выкрикнула я, заставляя Ника застыть на месте с одной обутой ногой и недоуменно взглянуть в мои глаза. – Ты всегда уезжаешь, всегда уходишь, а я остаюсь совершенно одна.
Меня прорвало. Больше это никак нельзя назвать. Вся гниль, которая временами копилась во мне, все эмоции, испытываемые во время его отъездов по зову жены, выходили наружу. Стало ли мне легче? Нет, ни капли. Только меня невозможно остановить, а внутренний голос лишь усугублял ситуацию, произнося в моей голове слова о воссоединении разрушенной мною семьи…
– Лика, прекрати, пожалуйста, говорить всякую хрень, – тон Ника казался мне слегка грубоватым, даже немного приказным, однако взгляд выражал нечто другое. Мольбу…
– Если ты уйдешь, то больше я не впущу тебя, – слова, сказанные слишком резко и необдуманно. Слова, которые я буквально выплюнула ему в лицо, судя по искривившейся физиономии. Слова, о которых я потом пожалею, но никогда в жизни не смогу вернуть обратно.
– Мне надо ехать, – накинув куртку, он взглянул на меня как-то странно, отрешенно и громко захлопнул за собой дверь.
Ушел…
Он оставил меня одну, выбрав жену. Так легко отпустил все, что было между нами ради благополучия другой.
Предал.
«Ну и пусть! Пусть катится! Остальных я забыла, забуду и его!» – тут же начала твердить самой себе. Но это бесполезно. Саму себя сложно обмануть. Даже не так – невозможно.
Невозможно обмануть разум и чувства одновременно…
Слабость взяла надо мной верх, ноги, подкосившись, отказались держать мое и без того хрупкое из-за болезни тело. Я чувствовала, как сползала вниз по стенке, приземлившись окончательно на пол. Как раз по той стене, где мы впервые занялись жарким сексом. А возле противоположной он наслаждался моими ласками ртом. Если посмотреть налево, вглубь квартиры, то можно найти много мест, связанных именно с этим мужчиной. С моим мужчиной. Но вправе ли я теперь, учитывая обстоятельства, называть его своим?