От наемников, нападавших на Заставу, всему нашему Легиону достались теплые черные меховые плащи с перекрещенными мечами на спине – отличительным знаком наемников. Знаком, насколько я знаю, повсеместным, то есть всемирным. Правда, мы эти знаки уже успели отпороть и нашить свой знак – ворона, сидящего на человеческих костях. Вот подобие таких плащей и было сейчас надето на всех четверых, только не черные, а белоснежные. Даже более того! Под плащом виднелись белоснежные доспехи, на ногах у всех красовались белоснежные сапоги, а к капюшонам были пришиты белые повязки, закрывающие большую часть лица. При более пристальном осмотре обратил внимание, что плащи были явно длиннее необходимого, по крайней мере для повседневного ношения, а вот для маскировки – самое оно. Сел за какой‑нибудь кочкой – и мгновенно сам стал еще одной кочкой.
– Я смотрю, вы уже давно были готовы к чему‑то подобному, – я не спрашивал, а утверждал.
За один день нереально… да даже пусть за три дня! Одежда выглядела СЛИШКОМ подготовленной и, главное, привычной. Похоже, каждая деталь снаряжения была проверена временем.
– Да вот, знаешь, – сверкнул глазами Миствей, растягивая губы в несколько ненормальной улыбке, что при его габаритах выглядело весьма впечатляюще, – больно мне в прошлый раз не понравилась наша беззащитность перед эксвайскими Искусниками. Вот я и решил, что будет совсем не лишним подстраховаться на будущее, и, как видишь, не зря решил.
Ехидный взгляд Карста в сторону Миствея был для меня лучше всяких слов. Сразу стало понятно, кто еще принимал самое деятельное участие в планировании подстраховки. Однако капрал скромно промолчал, но, к предсказателям не ходи, Миствею это еще аукнется. Когда у Карста будет плохое настроение, он обязательно припомнит Арварду сегодняшний случай, чтобы испортить настроение ему и поднять себе. Он так всегда делал, особенно со мной.
– И все‑таки мне интересно – как вы пробьете защиту Видящих? – поинтересовался я. – Ведь обычные удары их не возьмут. С помощью амулетов или нет?
Реакция на этот вопрос последовала довольно странная. Герцог хохотнул, Линг, до этого обращавший на меня внимания не больше, чем на летающую муху, посмотрел так, будто вместо мухи я оказался какой‑то неведомой зверушкой. Зато Карст как‑то неожиданно стушевался, уставившись куда‑то в небо, а вот Арвард не сдержался:
– Ты что, до сих пор ему не показал?! Даже не рассказал?!
– Мм… нет. Еще нет.
– А как же тренировки с Лингом?!
– Я запретил ему на них ходить, – все еще смотря куда‑то в сторону и вверх, ответил Карст.
Судя по виду нашего бравого генерала, после такого ответа он вот так сразу даже и не нашел, что сказать.
– Ладно, – произнес Миствей некоторое время спустя, – дело твое.
– Вот перейдет на второй Шаг, тогда и поговорим, – попытался строго произнести Карст, но прозвучало это как попытка оправдаться.
– Демон с тобой! А ты, Крис, извини, – развел руками Арвард, посмотрев на меня, – в будущем узнаешь, как именно мы можем атаковать Искусников.
– Да ладно, – пожал я плечами, – мне просто интересно, но не более. – Горжусь сам собой, просто идеальная ложь с полным контролем тела, даже Миствей не заметил. – И вообще меня сейчас больше волнует вот это, – похлопал я себя по груди, имея в виду «золотой покров».
– Меня это тоже волнует, – кивнул Арвард, – но нам уже пора, поэтому расспрошу тебя в другой раз.
– Вы где заляжете? На изгибе?
– Искусники должны быть впереди, поэтому вон там, – махнул рукой Миствей на склон слева от меня. – Для сражения они выйдут вперед, а тут мы и вмешаемся… если понадобится.
– Да, наверное, понадобится, – сразу понял я, из‑за чего он так уточнил. – Я толком и сам не знаю, как работает эта печать, поэтому, может, и вовсе ничего не получится.
– Посмотрим, – тряхнул головой Арвард. – Если случится нечто непредвиденное, подадите сигнал, а если все нормально, помашите в нашу сторону зеленым флагом. Двинули, – призывно махнул он рукой, и вся четверка направилась в ранее указанную Миствеем сторону.
– А вы тут кончайте дурью маяться и лучше по сторонам смотрите, – напоследок буркнул Карст, явно считая себя проигравшим в произошедшем «споре» с Арвардом и пытаясь хоть как‑то реабилитироваться.
Мы с моим «ассистентом» переглянулись, дружно посмотрели на приготовленную рядом с ним горку «кубиков», затем в спины удаляющейся четверке и… заржали. Взгляд оглянувшегося Карста не сулил мне ничего хорошего, но остановиться я уже не мог. Парень еще пытался себе рот закрывать, даже присел, чтобы удержать рвущийся наружу хохот, но куда там… Его ржание мгновенно заглушило мой уже успокаивающийся смех. Однако в этот момент я как раз набрал полную грудь воздуха и, получив поддержку, тут же зашелся в новом приступе безудержного веселья. Так мы и стояли, хохотали, утирали выступившие на глаза слезы и тщетно пытались успокоиться.
Минут через пять, когда мы уже почти пришли в себя, из‑за изгиба ущелья показалась пятерка воинов. Завидев нас, они резко остановились, но парень уже махал им зажатым в руке зеленым флажком. Правда, махал он, опираясь одной рукой на колено, будучи не в силах разогнуться. Создавалось впечатление, что он сдается, а не подает сигнал. Естественно, такая поза не могла безболезненно пройти мимо моего хорошего настроения. Очередной приступ хохота не заставил себя ждать, а там и парень присоединился. Причем от болевших ребер у него смех мешался со стонами, что только подогревало наше общее веселье. Когда до нас добрались разведчики, я уже стоял на коленях, уткнувшись головой в свои руки, а парень сидел и… плакал. Этот уже просто смеяться не мог, поэтому у него и катились одни лишь слезы. А увидев взгляды пятерки разведчиков, он и вовсе закрыл лицо руками. К текущим слезам добавились громкие всхлипы, создавая полное впечатление, что парень рыдает, а не смеется. Не в силах дышать, я принялся колотить рукой по снегу.
Я понимал, что нужно расспросить их, но… демон его знает, были это нервы или за последние полгода я просто двинулся умом, однако просто не мог себя заставить перестать смеяться. Командир разведчиков явно списал все это на нервы, и так как я выглядел как минимум непонятно, за нас обоих досталось «ассистенту». Зачерпнув рукой горсть снега, мужчина приподнял голову парня и… в общем, смех у него прошел практически сразу. Вид отплевывающегося парня успокоил и меня.
– Когда они будут здесь? – отдышавшись, спросил я, а затем, натужно кряхтя, поднялся на ноги.
– Два часа.
– Ладно, можете идти, – махнул я рукой в сторону лагеря, – у нас тут уже давно все готово.
– С вами точно все нормально? – уточнил командир.
Черные, глубоко посаженные глаза смотрели на нас крайне подозрительно.
– Да нормально… эй, как там тебя, подай сигнал нашим.
– Лиран Маккой, – ответил «ассистент», поднимаясь на ноги.
Достав зеленый флаг, он помахал им в сторону ушедшей четверки. До них было не так уж и далеко, но ни одного из них я не видел. Вдобавок из‑за смеха я даже примерно не представлял, где они засели.
– Это вы кому? – удивился командир.
– Нашим, – ответил вместо меня Маккой. – Эрл, я вам больше не нужен?
И у него, и у меня на лицо сразу наползла глуповатая улыбка.
– Нет, – покачал я головой, – только оставь мне флаги… на всякий случай. Да и Видящим просигналить будет совсем не лишним.
Хм… откровенно говоря, парень мог оставить мне флаги и раньше, просто никто из нас двоих даже не удосужился об этом подумать.
– Так точно! – бодро отозвался он и, вытащив все три флага из петлиц, воткнул их в снег рядом со мной.
Проводив взглядом ушедших – заскользивших? – к лагерю разведчиков и Маккоя, я повернулся в сторону изгиба – осталось только ждать. Вдобавок вскоре после безудержного веселья навалилась какая‑то апатия. Все стало абсолютно фиолетово. Легкий анализ собственной психики сразу дал ответ: «рабочее состояние». И хорошо. Нет эмоций, только чистый разум, и сейчас для меня это самое лучшее.
В подобном состоянии два часа прошли как одна минута.
Несмотря на тот факт, что Видящих я чувствовать не мог, меня подтолкнули Источники. Странно, пусть они совсем не говорили, но, казалось, я понимал их и без слов. Причем чем дольше их чувствовал… чем дольше был на них «настроен», тем легче мне давалось это самое понимание.