Неподалеку от дикого пляжа простиралось большое поселение водяных, как их называют в простонародье, – существ, чахнущих без воды в прямом смысле слова. Через трое суток без погружения их кожа стремительно теряет влагу, иссушается и трескается, как и весь организм. Именно по этой причине они живут лишь на берегах водоемов и не покидают их надолго.
Водяных долго сторонились, как и леших – народность, облюбовавшую густые леса в северной части острова. Волшебники, несмотря на всю свою силу, предпочитали не связываться с существами, чья магия не укладывалась в границы их понимания. Вяземский наравне с оборотнями даровал им равноправие, чем обеспечил себе поддержку угнетаемых множество веков подданных. Правда, оборотни без зазрения совести предали его.
– Нужно серьезно поговорить, – сообщил Денис, наконец перестав игнорировать мой вопросительный взгляд.
Его тон не предвещал ничего хорошего для нас обоих. Я с тревогой замерла в ожидании. Через пару минут Ден припарковал машину у пляжа и помог мне выбраться из нее.
Я держалась за его плечо и потихоньку шагала к воде. Запах моря наполнил легкие. Здесь мне всегда становилось светлее на душе. Я бы с удовольствием погрузила ладони в воду, если бы могла нагнуться без страха разбить нос о камни.
Денис бросил на гальку одеяло и помог мне сесть. Сам он остался стоять, задумчиво глядя в сторону далекого поселения водяных.
– Я убил Николая, – наконец произнес друг.
– Знаю. Это было справедливо.
Как больно говорить об этом.
– Слава накачал несчастного сумасшедшего опиумом и вытолкнул на дорогу, прямо под колеса машины Николая. Тот стоял и смотрел, как на него мчится автомобиль. Выскочившего водителя перехватил Игорь и передал Тимуру, который взлетел с ним и сбросил на землю. Похоже, у говнюка это любимый способ убийства. Мне оставалось пристрелить Николая и вырезать на его теле символы. В общем, всё прошло довольно легко.
Мне должно быть всё равно. Ден поступил жестоко, но правильно. Почему же так паршиво на душе?
– На месяц Сопротивление заляжет на дно. Сейчас действовать слишком опасно – князь усилил патрулирование города, а себя окружил двойным кольцом охраны, - продолжил Денис.
– Нам это только на руку. Сможем перевести дух.
Он с сомнением взглянул на меня и сел рядом.
– Этот месяц нужен Сопротивлению, чтобы спланировать нападение на Алексея.
– Что? – невольно вырвалось у меня. – Разве они уже настолько сильны?
– Достаточно для того, чтобы подорвать власть князя. Мы нужны им, мартышка. Игра на два фронта оказалась недолгой. Нам нужно выбрать, за какую команду играть дальше.
Я с опаской огляделась, страшась заметить слежку, но местность казалась совершенно безлюдной. Наверняка Денис решил поговорить именно здесь, потому что пляж отлично просматривался со всех сторон.
К окончательному выбору я оказалась не готова. Есть ли третья сторона, которую можно принять? Ни за одну из так называемых «команд» мне играть не хотелось, каждая была по-своему противна. К «Вязи» я, несмотря ни на что, привязалась. Штаб-квартира стала домом, пусть и не всегда гостеприимным. Правда, незадолго до этого князь лишил меня родителей и, если бы не протекция Николая, запихнул бы в тюрьму вслед за ними.
Если мы примем сторону Сопротивления, то вчетвером сможем беспрепятственно покинуть город и начать новую жизнь в мире людей. В любом случае мы с Денисом станем перебежчиками. Главное: предавая других, не предать себя.
– А что ты думаешь по этому поводу? – с опаской спросила я.
– Я думаю, если победит Сопротивление, а мы его поддержим, то сможем уехать отсюда и забыть о Вельграде навсегда. Если победит князь, и мы останемся на его стороне, то служить нам в «Вязи» всю оставшуюся жизнь. Он не отпускает тех, в кого вложил столько сил. Мы в отряде пожизненно. Это значит, что о семье можно забыть.
– Я еще ни разу не задумывалась, что отряду придется посвятить всю свою жизнь, – растерянно пробормотала я.
– Сейчас самое время. Ты готова отдать себя службе у князя и отказаться от замужества и детей?