– Тогда что мне делать? Куда идти дальше?
– А ты готова покинуть мир людей навсегда?
В вопросе девушки был подвох, я чувствовала это.
А готова ли? Позади остались заточенные в тюрьму родители и… Денис. Мой любимый человек потеряет последнюю родную душу и останется совершенно одинок. Сохранит ли он ясный разум? Не сотворит ли что-нибудь с собой?
– Нет, не готова, – выпалила я, отмахиваясь от видения, в котором зеленые глаза наполнялись слезами горя.
– Я рада, что он не останется один. Если бы ты захотела уйти, я бы уже ничем не смогла помочь, – произнесла незнакомка.
Ее красивое лицо озарила грустная улыбка. Кого она имела в виду?
– Меня зовут Юнона, – представилась девушка, а мне осталось лишь открывать и закрывать рот, позабыв все слова на свете.
Покойная жена Дениса! Его первая и единственная любовь! А девочка… Нет!
– Да, эта малышка – наш ребенок, погибший вместе со мной, – будто прочитав мои мысли, ответила Юнона. Она с нежностью взглянула на дочку, все еще сосредоточенно наблюдавшую за нашим разговором. – У нее его глаза. Правда, придумать малышке имя мы не успели, поэтому ее никак не зовут. Она не говорит. Голос дочери звучит у меня в голове. Увидев тебя, малышка сказала, что ты красивая и смелая.
Я всё еще не могла вспомнить ни слова, ошалело разглядывая пухлощекую девчушку с невероятно взрослыми глазами. Глазами ее отца…
– Почему я… почему ты здесь? – наконец выдавила я.
– Меня попросили помочь тебе.
– Кто?
– Денис.
У меня вновь перехватило дыхание.
– Он обратился к тебе сам?
– А что тебя удивляет? – Юнона все так же улыбалась без единой нотки снисхождения или раздражения.
– Ты знаешь, как я… что я… люблю его? – боязливо пробормотала я.
– Знаю, – кивнула она. – Поэтому помогу тебе с большим удовольствием. Если бы Денис не был так дорог тебе, как ты ему, я бы не явилась на зов. Мне радостно, что в мире людей нашелся кто-то, для кого Денис важнее любых благ на земле. Здесь – в Навьем мире – нет места ревности и любым другим человеческим слабостям. Есть лишь прощение, милосердие и любовь. Всё зло остается за порогом, в мире людей. Там оно цветет буйным цветом. Уж я-то знаю. Мои последние минуты были наполнены ужасом, но стоило переступить черту этого леса, как пришло умиротворение. Всё происходит так, как должно, и тогда, когда положено. Мы не в силах изменить свое предназначение. Мне искренне жаль, что наш ребенок погиб вместе со мной, зато малышка не познала жестокости человеческого мира. Такова ее судьба. А твоя судьба – уйти отсюда, пройдя по краю Навьего мира и не ступив туда.
– Мне разрешено вернуться обратно? – с надеждой спросила я.
– Да. Ты не принадлежишь Навьему миру, значит, должна уйти.
Юнона вдруг сделала шаг ко мне и протянула руку к рукоятке.
– Этот яд несет смерть, и лишь смерти под силу превратить его в ничто.
С этими словами она вырвала нож из моего нутра, и вслед за лезвием из раны устремилась непроглядная чернота. Она клубилась вокруг Юноны, обвивая ее хрупкую фигурку эфемерными щупальцами, но не была способна пронзить мертвое тело. Тьма витала вокруг, сгущаясь вокруг девушки всё плотнее и плотнее.
Боль покинула мое тело, и я рухнула на колени, охваченная внезапной слабостью. В груди разлилось тепло, будто наш с Денисом талисман всё еще был со мной. Я ощутила, как приятная нега заполняет место, до этого прожигаемое отравленным металлом.
Юнона отшвырнула нож как можно дальше, но тьма не рассеялась, скрадывая фигуру мертвой девушки и кроны деревьев за ее спиной.
– Иди, Саша. Передай Денису, как сильно я люблю его. Расскажи, что нашей малышке хорошо и спокойно, – мелодичный голос Юноны эхом отражался в голове и звучал всё тише и тише, будто она отдалялась от меня с каждым мгновением. – Прошу, помни оказанную мной услугу. Надеюсь, однажды ты сможешь отплатить мне за нее.
* * *
Щекотно… Странное чувство, будто пальцев левой руки коснулись небритым подбородком… Это… необычно… Что за нелепые галлюцинации?
Мое тело лежало на чем-то мягком и даже было накрыто одеялом. Значит, меня не бросили на холодной земле… Что со мной случилось? Почему я вообще оказалась в этом… странно-беспомощном положении? И почему должна лежать на земле? Или в земле…