Денис проводил наглеца тяжелым взглядом и повернулся ко мне.
– Куда это ты?
– Очаровывать некоего Григория Савина. Не слишком приятный тип, если судить по фотографии.
– Будь осторожна.
– Ты говоришь мне то же самое каждый раз.
В такие моменты Денис из старшего брата превращался в отца, пристально следящего, в котором часу гулящая дочь вернулась домой. Меня это иногда умиляло, но чаще – смешило. Он был еще не в том возрасте, чтобы строить из себя папашу.
– И буду говорить постоянно. Пойдем, провожу тебя до остановки.
Погода этим вечером не радовала. Пронизывающий ветер пробирал до костей. Почему я не додумалась надеть курточку? Денис, одетый в тонкий пуловер и джинсы, наверняка думал о том же. Путь до автобусной остановки обычно занимал десять минут, но на таком холоде они текли в три раза медленнее.
– Я сегодня на задание, поэтому загляну к тебе завтра, – сообщил Ден, когда мы почти добрались до места назначения.
– Будь осторожен, – передразнила его я.
Денис усмехнулся и потрепал меня по волосам, взъерошив их. Он прекрасно знал, как это раздражает, но продолжал делать так из раза в раз.
Нужный автобус подъехал на удивление быстро. Я села возле огромного окна и помахала Денису на прощание. На самом деле меня всегда съедало волнение, когда друг уходил на очередное задание.
Путь до одного из самых пафосных ресторанов Вельграда занял пятнадцать минут. Я вышла из автобуса и взглянула на причудливые буквы, образующие слово «Салгир» на лаконичной вывеске. Минимум деталей, максимум богатства.
Швейцар вежливо склонил голову и открыл передо мной тяжелую дверь из темного дерева. Наверняка немощный, считающий огромной удачей работу в дорогом ресторане. Он мог бы мести улицы или чистить унитазы в доме зажравшихся богачей. Здесь приходилось всего лишь открывать им двери.
В просторном холле, оформленном в светлых тонах, ко мне подскочил бесконечно улыбчивый метрдотель. Сегодня утром я заказала столик по зеркальнику, оформленному на имя некой Марии Даниловой. Подставных средств связи у меня было три. Личный зеркальник предназначался лишь для членов «Вязи» и Марата.
Не переставая улыбаться, метрдотель проводил меня в светлый зал, поражавший вычурной дворцовой стилистикой. Просторное помещение сразило наповал мое воображение изящной лепниной на потолке, янтарными витражами и огромными хрустальными люстрами.
Забронированный столик располагался практически в центре зала. Его окружали три мягких белых кресла. Идеальный наблюдательный пункт. Я бегло окинула взглядом каждого из немногочисленных посетителей ресторана, но Савина среди них не было. Значит, придется ждать.
Стоило мне сесть, как к столику чинно подошел официант и протянул меню.
– Черный чай, пожалуйста, – не заглядывая в него, попросила я. Осталось надеяться, что его цена не вызовет нервную чесотку.
Официант почтительно кивнул и удалился. В ожидании заказа я рассмотрела публику более внимательно. Богато одетые женщины, лощеные мужчины. В этом ресторане и вправду собрались сливки вельградского общества. Предательская мысль о собственной дешевизне возникла внезапно, но прочно поселилась в голове. Я посетила «Салгир» в надежде облапошить «денежный мешок» на кругленькую сумму, не имея возможности даже полноценно поужинать здесь. Кукла с красивым лицом и длинными ногами, умеющая в нужный момент включать обаяние. И это лучшее настоящее из всех возможных.
Официант принес чай, в этот же миг в зал вошел Савин. Он выглядел измученным и уставшим. Я подняла глаза на мужчину и чуть заметно улыбнулась. Усталость Савина не стала помехой для суккубьего обаяния – он уже не смог отвести взгляд. Премия была всё ближе и ближе.
Савин изменил курс и в несколько шагов достиг моего столика.
– Здравствуйте, милая девушка. Я могу присесть? – спросил он приятным бархатным голосом.
Я кивнула и улыбнулась еще шире. Престарелый ловелас! Молоденьких девчонок ему подавай! Сидел бы дома с женой, и все деньги остались бы целы. Сам виноват.
– Как вас зовут, прелестное создание?
– Мария.
– А я – Григорий. Очень рад знакомству с такой очаровательной девушкой.