В холле столпились все члены отряда. Подобные собрания князь устраивал не чаще, чем раз в пару-тройку месяцев. Сегодня он выбился из графика.
– Хочу начать сегодняшнюю встречу с приятного, – провозгласил Вяземский безо всяких приветствий – в своем обычном стиле. – За успешно проведенный рейд и поимку трех торговцев магическими силами выражаю благодарность Артуру Вайднеру, Денису Каирову и Захару Белову. Ждите в конце месяца хорошую премию. Тихонову, Сафаровой и Семкевичу – выговор. Если вы не в состоянии справиться с простейшим заданием, то спросите себя, нуждается ли в вас отряд.
Я удовлетворенно улыбнулась. Начало сегодняшнего утра доставило мне немного удовольствия с налетом искреннего злорадства Казалось бы, выговор – мелочь, но приятно-то как. Слышать похвалу в адрес Дениса было радостно, но привычно. Им с Захаром Беловым, его постоянным напарником, князь частенько объявлял благодарность. Артур Вайднер, как заместитель командира, по определению не мог оказаться в списке отстающих. Оставалось лишь позлорадствовать пристыженным Сафаровой и Тихонову. Парочка неудачников.
– Романова, – неожиданно Вяземский повернулся ко мне, – с тобой у меня будет отдельный разговор. Пойдем.
Каждым миллиметром кожи я ощутила множество направленных на себя взглядов. Не удивлюсь, если на лице Сафаровой проступила злорадная усмешка. Пусть порадуется, пока есть свободное время. Уверена, князь меня не ругать позвал.
Мы с Марком проследовали за Вяземским на второй этаж – к его временному кабинету. В напряженной тишине мне было совершенно неуютно. Командир вошел последним и плотно закрыл за нами дверь. Князь заговорил, вальяжно усевшись в свое кресло:
– Марк рассказал мне о твоей вчерашней встрече с некоей Агнией Лавровой. Тимофей проверил эту дамочку. Она обладает кристально чистой репутацией. Придраться не к чему. Свою деятельность Лаврова тщательно скрыла. Из этого следует, чтобы вычислить кого-то из Сопротивления, придется идти с ней на контакт. Для этого нам нужен кто-то, кто смог бы втереться Лавровой в доверие.
– Вы имеете в виду меня? – догадалась я.
Сложно сказать, какие чувства встрепенулись в душе в этот миг. Страх и гордость стремились одновременно завладеть моим сознанием.
– Именно, – подтвердил князь, – Ты обладаешь жалостливой историей прошлого, и часть ее непосредственно связана с Агнией. Мы можем обыграть желание пообщаться стремлением отомстить князю-тирану, бросившему в тюрьму десятки немощных, в числе которых и чета Романовых.
До чего же Вяземский красочно описал мое истинное отношение к нему! В конфликте двух сторон я – третья, ненавидящая обеих. Впрочем, князю ни к чему знать об этом.
– Думаете, она купится?
– Вот и проверим. Наверняка у дочери бывших участников так называемого Сопротивления кредит доверия намного больше, нежели у человека со стороны.
– А если она примется агитировать меня участвовать в их движении?
– Соглашайся. Ты нужна нам как засланный казачок. Справишься с заданием – тут же перейдешь в старший состав, получишь вторую магическую силу и существенную прибавку к жалованию.
Я осела на кожаный диван, пытаясь справиться с изумлением. По ослабевшим ногам сотнями иголочек пробежала дрожь. За информацию о Сопротивлении князь был готов сделать мне воистину царский подарок. Если останусь жива, получу огромный куш. Если… Это вездесущее «если» вселило в душу миллионы сомнений, несмотря на непомерное желание уничтожить каждого члена Сопротивления.
– Я не настолько подготовлена, чтобы в одиночку бросаться в логово врага. Если меня вычислят, то наверняка убьют, – возразила я.
Предательский страх улиткой полз по спине, оставляя за собой липкий след. Князь слишком многого хотел от обыкновенного суккуба.
– Мы подготовим тебя. Придется в ускоренном темпе осваивать умения старшего состава. Завтра получишь оружие. Помимо этого, я дам разрешение Денису Каирову обучить тебя смертельным заклятиям и ядам, – заверил меня Вяземский и, помолчав, добавил: – Не исключено, что всё это даже не пригодится. Я не собираюсь использовать тебя для уничтожения их шайки изнутри. У суккуба маловато силенок для этого.