Я взглянула на оружие, лежавшее передо мной на столе, и испытала невольный трепет. Железяка, способная убить человека! Один выстрел, и чье-то сердце замрет навечно. И теперь это мой личный пистолет! Мой личный вершитель судеб!
«Глок» имел аскетический дизайн – функциональный, но грубый и угловатый. Он никак не мог похвастаться изяществом внешнего вида, но имел обтекаемую форму и… пластиковую раму. А я-то наивно полагала, что все пистолеты состоят из металла! Темнота!
– Я сегодня буду стрелять?
– Нет. Сегодняшнее занятие теоретическое. Перед тем, как учиться пользоваться оружием, нужно знать, как его разобрать и собрать. На чистку поначалу будешь приносить пистолет сюда, а потом, когда наловчишься, сможешь чистить сама, – ответил Артур, при этом одарив меня снисходительным взглядом а-ля «я-то надеялся, что ты поумнела за три года». – Дай сюда пистолет.
Я послушно протянула «Глок» Вайднеру.
– Приступим к разборке. Первым вынимаем магазин. После этого нужно убедиться, что в патроннике нет патрона. Передергиваем затвор и делаем холостой спуск, – свои слова Артур тут же проиллюстрировал действиями. – Только умоляю, не кому-то в голову, а в безопасном направлении. После этого опускаем замок затвора с двух сторон, выдвигаем сам затвор вперед и снимаем его с затворной рамы. Вынимаем возвратную пружину и ствол. После этого собираем в обратной последовательности.
С разборкой и сборкой он справился настолько ловко, будто родился с пистолетом в руке. Я же мысленно окрестила себя обезьяной с гранатой, неуклюже вертя «Глок» в попытке продвинуться хотя бы на шаг дальше холостого спуска. Вайднер лишь посмеивался. Забыл, наверное, что и сам когда-то учился обращаться с оружием. Вряд ли у него самого с первого раза получилось снять с рамы этот чертов затвор!
Занятие получилось коротким, поскольку уже через двадцать минут мои руки привыкли к пистолету и перестали его бояться. Я выполнила задачу со второй попытки и даже удостоилась скупой похвалы.
– Неплохо справляешься, Романова. Я даже несколько удивлен. Оксана, к примеру, наотрез отказывалась брать в руки пистолет – боялась его. Над ней еще долго посмеивались из-за этого, – признался Артур.
Я улыбнулась, вспомнив надменное лицо старшего суккуба «Вязи». С трудом верилось, что эта стерва могла бояться куска пластика и железа. Нельзя сказать, что в моей душе пылала жгучая неприязнь к Оксане, но там жило родственное ей чувство. Ковалева ревностно отнеслась к появлению в отряде еще одного суккуба. Я видела это по ее реакции на меня. От Оксаны прямо-таки веяло ощущением собственной исключительности. Ничего удивительного, что они чудесно ладили с Яной. Правда, Сафарова с удовольствием делилась с девчонками из младшего состава выпытанными у «заклятой подружки» секретами. Такая вот пресловутая женская дружба.
– Скажи, Артур, я – единственная из младших, кого обучают стрельбе и красной магии? – этот вопрос мучил со вчерашнего дня.
Что уж скрывать, мне тоже знакомо чувство собственной исключительности. Недаром же я так хорошо вижу его в других.
– Да. Можешь гордиться собой, – ответил Артур, усмехнувшись. Похоже, он понял подтекст вопроса. – Завтра жду тебя здесь в полдень. Занятие будет долгим, предупреждаю сразу.
Как ни странно, этот короткий урок придал мне душевных сил. Стремление подарить родителям возможность свободно обнимать друг друга в любую минуту каждого дня не позволит пасть духом. Я выверну наизнанку всю себя, чтобы вытащить их, даже если придется предать всех вокруг – и своих, и чужих. Есть лишь трое людей, ради которых стоит бороться. Остальные не имеют значения.
* * *
Я сидела в кресле, гусеницей завернувшись в теплый плед, и всеми силами старалась отвлечься от боли в мышцах правой руки. После пяти часов тренировки, проведенной чуть ли не в обнимку с пистолетом, те болели просто нещадно. Мои периодические набеги на спортзал для поддержания формы не шли ни в какое сравнение со стрельбой из смертоносной штуки, которую требовалось не просто удержать, но и прицельно выстрелить. Пули то и дело летели совсем не туда, куда должны были лететь в моем воображении. В своих мечтах я была практически снайпером. В реальности же у «снайпера» оказался не совсем точный глаз и руки из того места, откуда они расти не должны.