Слово «пока» отпечаталось перед внутренним взором кровавой надписью. Что они сделают с нами, если перестанут нуждаться в засланных казачках? Накачают наркотиками, чтобы не нашли следов магического воздействия, и отправят под колеса машины очередной жертвы? Или нас ждет более изощренная смерть?
Брат Авроры, оказавшийся тем самым Германом, кивнул Павлу и последовал к двери. Он повел нас по извилистым коридорам вглубь базы Сопротивления. Мы спустились по узкой металлической лестнице, оказавшись на уровень ниже. Коридор ничем не отличался от предыдущего: те же стены из серого кирпича и коричневый паркет.
Лановой остановился перед большой металлической дверью. Она оказалась не заперта. Мы очутились в небольшом помещении, заставленном многоярусными деревянными стеллажами с книгами. Здесь совсем не пахло сыростью. Похоже, библиотеку берегли, как зеницу ока.
Неподалеку от двери расположились три письменных стола с настольными лампами, мягким светом рассекавшими мрак библиотеки. На каждом лежало по несколько листков желтоватой бумаги. Подставка с ручками присутствовала лишь на одном, но их там было довольно много.
– Это наша библиотека. Она доступна каждому члену Сопротивления двадцать четыре часа в сутки, – сообщил Герман и указал на стеллаж у противоположной стены. –Все книги по магии крови, которые удалось собрать, хранятся там. Именно они нам и нужны.
Забравшись на небольшую деревянную лестницу, Лановой достал с верхней полки довольно ветхий фолиант, обитый тканью темно-бордового цвета, и протянул книгу Денису. Буквы на обложке затерлись и стали практически нечитаемы.
– Мало кто знает о существовании этой книги. Довольно странно, что она долгое время хранилась у оборотней. Это древняя магия, почти утерянная еще в средневековье. Что-то мне подсказывает, что по всему миру таких остались единицы.
Денис осторожно открыл книгу и замер, пробежав взглядом по первой странице.
– Значит, некромантия – это не легенда?
Глава 13
Ты знаешь, что делать
Я, будто завороженная, выводила на исписанном листе бумаги магические символы обычной шариковой ручкой. Их было не так много – всего восемь. Как следствие, мало комбинаций. Небольшое количество с лихвой компенсировала их ужасающая смертоносность. Символы, созданные сильнейшими некромантами Руси, вдохновившимися египетскими, греческими и римскими ритуалами, были воистину уникальны. Древние маги сотворили свой неповторимый «язык смерти», не используя ни руницу, ни буквицу. Смертоносные знаки рисовали молоком и вином, горячим воском и кровью. Приносили в жертву животных и людей, пели красивейшие песни и проводили ужасающие ритуалы. Я никак не могла поверить, что наши предки, испокон веков почитавшие духи природы и с трепетом поклонявшиеся пантеону языческих богов, заимствовали у других культур и цивилизаций нечто настолько смертоносное и противоестественное.
Справедливости ради, надо отметить, что символы, которые я так старательно выводила, оказались плодом кропотливой многолетней работы лишь отдельной группы людей, живших обособленно в непролазных чащах тайги. Если верить древней книге, показанной нам Лановым, поселения древних некромантов охраняли отряды живых мертвецов, а во рвах, окружавших их небольшие деревни, текла ядовитая бурлящая кровь.
Мы получили свободный доступ к древней легенде, давно превратившейся в детские страшилки, и еще не понимали, что делать с этим знанием. Наверное, осознание реальности некромантии оказалось для нас с Денисом сродни тому, что испытали люди в одно прекрасное утро, увидев на месте вчерашних пустошей процветающие магические поселения.
Часы показывали половину двенадцатого ночи, а я по-прежнему выводила символы, несколько часов назад старательно перерисованные из книги. Дену же предстояло не просто выучить их за ночь, но и настроиться на применение воистину смертоносных знаний. Три часа назад я оставила его наедине с записями, сделанными на базе Сопротивления, и отправилась в свою комнату.
Пожалуй, мне не помешала бы компания. Присутствие постороннего человека отгоняет тревожные мысли хотя бы на то расстояние, на котором они не могут подчинять себе сознание. К сожалению, ни к одному из своих друзей я обратиться не могла. Денис слишком занят, а Марат… Думать о нем мне было стыдно, больно и мерзко. Иногда все мы стоим перед выбором, каждый вариант в котором неправилен. Направо пойдешь – умрешь, налево пойдешь – сдохнешь…