Он засмеялся, и смех его был счастливым и лёгким.
— Старик? Это уже оскорбление личности. Буду вынужден принять меры.
— О, мне страшно, — притворно вздохнула она, а потом взвизгнула, когда он перевернул её и прижал к матрасу.
Они были счастливы. Не идеально, не как в кино. Со спорами из-за свитеров, с трудными публичными событиями, с тревогами о будущем. Но это было настоящее, взрослое счастье, выстраданное и заслуженное.
Однажды субботним утром они поехали за город, смотреть тот самый дом, о котором он говорил. Он стоял на окраине леса, не огромный и не пафосный, а уютный, из тёплого дерева и камня. С большими окнами и террасой.
Они стояли, держась за руки, и смотрели на него.
— Ну что? — спросил Александр. — Похоже на дом с садом, где нет камер?
— Похоже, — улыбнулась Вероника. — Особенно если в том углу посадить сирень. А здесь — скамейку.
— Значит, берём?
— Берём, — кивнула она. — Но предупреждаю — я буду разводить в саду хаос. Цветы, грядки с клубникой…
— А я буду ходить за тобой и наводить порядок, — закончил он. — Это и есть идеальный брак. Хаос и порядок. В одном флаконе.
Он обнял её за плечи, и они стояли так, глядя на свой будущий дом. Война закончилась. Начиналась мирная жизнь. И они оба знали — она будет не менее захватывающей, потому что это будет их общая жизнь. Со всеми её свитерами, спорами, смехом и безумной, непредсказуемой любовью.
Глава 20: Не тайна, а история
Год. Целый год прошел с того дня, когда Вероника Колесникова влетела в кабинет Александра Орлова, как розовый ураган. Год скандалов, войн, смеха, слез и той тихой, прочной уверенности, которая приходит, когда знаешь — твое место именно здесь.
Их загородный дом, тот самый, «с садом, где нет камер», был достроен. Он и правда был уютным, пахнущим деревом и сиренью, которую Вероника посадила вопреки всем советам садовника («Не там, не вовремя!»). Хаос и порядок нашли хрупкий баланс: её яркие подушки мирно уживались с его строгими кожаными креслами, а на его идеально организованном рабочем столе теперь стоял тот самый бронзовый хамелеон.
Они отмечали эту годовщину не в дорогом ресторане, а дома. Приготовлением ужина занимались они сами, что было отдельным приключением, полным взаимных подшучиваний и летающей муки. Александр отвечал за стейки (идеальной прожарки, разумеется), Вероника — за салат и дико сложный десерт, который в итоге напоминал запеченную лаву, но был съедобен.
— Ну что, — сказал Орлов, поднимая бокал красного вина. Они сидели на террасе, укутанные в один плед, несмотря на тёплый вечер. — Год с того дня, как ты назвала мой кабинет гробом патологоанатома.
— А ты мою стратегию — клоунадой, — улыбнулась Вероника, чокаясь с ним. — И ведь оба были по-свои правы.
— Оба были правы, — согласился он. Его взгляд стал серьёзным. — Это был самый трудный и самый лучший год в моей жизни.
Они молча смотрели на заходящее солнце, окрашивающее лес в золотые и багровые тона. Тишина была не неловкой, а насыщенной, наполненной общими воспоминаниями.
— Тебе никогда не бывает страшно? — неожиданно спросила Вероника. — Не из-за скандалов или бизнеса. А просто… от того, как всё сложилось?
Он задумался, его пальцы переплелись с её пальцами.
— Раньше — постоянно. Боялся потерять контроль. Боялся, что всё рухнет. Сейчас… сейчас бывает. Но это другой страх. Не парализующий. А тот, что заставляет ценить каждый день. Как будто держишь в руках что-то хрупкое и невероятно ценное. И знаешь, что это может разбиться, но это знание не мешает наслаждаться его красотой.
Это была самая поэтичная фраза, которую она когда-либо слышала от него. Она прижалась к его плечу.
— У меня тоже. Иногда просыпаюсь ночью, смотрю на тебя и думаю: «Господи, а что, если бы я тогда не зашла в твой кабинет? Если бы струсила?»
— А я думаю о том, что было бы, если бы я вышвырнул тебя вон после твоих первых слов, — он усмехнулся. — Сидел бы сейчас один в своей стерильной квартире, пил виски и ненавидел весь мир. Спасибо, что не дала мне этого сделать.
— Всегда пожалуйста, — она поцеловала его в щёку. — Кстати, о твоей стерильной квартире… У меня есть идея насчёт гостиной в этом доме. Там не хватает…