— Я не могу… не могу потерять ее снова.
— Я знаю, — произносит Хантер еле слышно. — Но прямо сейчас ты выводишь Рейвен из себя, и я знаю, что ты не хочешь так с ней поступать, верно?
Проходит мгновение тишины, а затем Джекс хрипло шепчет.
— Нет.
— Ладно, тогда иди и успокойся немного. — Хантер похлопывает Джекса по плечу.
Джекс кивает и разворачивается, чтобы выйти из комнаты. Дойдя до дверного проема, он оглядывается и на мгновение встречается взглядом со мной.
Пульсирующий страх.
Вот что я вижу в его глазах.
До такой степени, что я даже не могу дышать.
Когда он выходит из комнаты, Хантер спрашивает.
— Ты в порядке? — Кивнув, я снова переключаю свое внимание на него.
— А он? — Хантер колеблется, покусывая нижнюю губу.
— Он будет.
Я киваю на секунду, слова Джекса прокручиваются у меня в голове.
— Этот человек, которого, по твоим словам, Джекс потерял таким же образом, как то, что случилось со мной сегодня… как давно это произошло? — Хантер поджимает губы, на его лице отражается целая серия эмоций.
— Больше десяти лет назад.
— О, — шепчу я. — А кажется, что это было совсем недавно… учитывая, какую сильную боль он испытывает. — Вместо того, чтобы прокомментировать мои слова Хантер быстро заглядывает мне в глаза.
— Девушка, которую он потерял, была единственной, кого он когда-либо по-настоящему любил, так что он до сих пор не смирился с этим, я думаю… — Он с трудом сглатывает. — На самом деле, никто из нас не смирился.
— Вы все любили ее? — Мое сердце разрывается от боли, которую я до конца не понимаю.
Он неуверенно кивает, затем делает шаг ко мне, пряди волос падают ему на глаза, которые кажется слезятся, как будто он вот-вот заплачет.
— Я, Джекс, Зей и эта девушка, вместе, мы вчетвером составляли единое целое. Мы все делали вместе; играли вместе, были рядом друг с другом, — он с трудом сглатывает, — страдали вместе. — Он на мгновение замирает, прежде чем снова переключить свое внимание на меня.
— Но потом она ушла, и часть нас умерла вместе с ней… Мы больше никогда по-настоящему не были единым целым.
Когда я слышу, как он говорит об этой девушке, мне хочется плакать. Впрочем, я не такая уж плакса, так что это ощущение меня тревожит.
— Мне жаль, — говорю я, — что вы, ребята, потеряли часть себя.
Он снова заглядывает мне в глаза. Словно что-то ищет в них.
— Не стоит. — Он протягивает руку и заправляет прядь моих волос мне за ухо. — Может быть, в конечном итоге ты починишь то, что было сломано в тот день.
Мой пульс учащается от его слов и прикосновений.
— Довольно похоже на вызов.
— Так и есть, — соглашается он, проводя пальцами по моей щеке. — Ты красивая.
Я не думаю, что он собирался произнести эти слова вслух, потому что в ту же секунду, как он это делает, он отстраняется и прочищает горло.
— Но кажется, я перехожу черту лучших друзей. Я знаю. — Он возвращается к улыбающемуся Хантеру так быстро, что я чуть не получаю удар под дых.
Затем он смотрит на настенные часы.
— Уже поздно. Тебе стоит позвонить тете, чтобы мы спокойно могли устроить тебя на ночь. — Отличный способ сменить тему. Мне хочется упрекнуть его в этом, но что-то останавливает меня. Может быть, все дело в этой тяжести у меня в груди. Или то, как слезятся его глаза, как будто он все еще балансирует на краю эмоционального обрыва. Какой бы ни была причина, я не обращаю на это внимания, киваю и затем набираю номер своей тети.
— Я просто надеюсь, что она не будет против, — бормочу я, подходя к кровати и садясь, ожидая ее ответа. — Он мгновение наблюдает за мной, на его лице написана нерешительность. Затем, бормоча что-то бессвязное себе под нос, он подходит и садится рядом со мной, так близко, что наши ноги соприкасаются.
— Все будет хорошо, — пытается он успокоить меня, убирая прядь волос с моего лица. Я начинаю осознавать, что ему очень нравится прикасаться к моим волосам. Все в порядке. В глубине души я могу признать, что мне это тоже нравится.
Прошло много времени с тех пор, как ко мне прикасались так нежно.
Проходит четыре гудка, прежде чем тетя отвечает.
— Алло? — ее голос звучит растерянно, вероятно, потому что она не знает номер.
— Привет, — говорю я, продолжая покусывать ноготь на большом пальце. — Это Рейвен.
— Почему ты звонишь с незнакомого номера? — Замешательство в ее тоне мгновенно сменяется раздражением.
— Потому что мой сломался, — признаюсь я.