— Двигай сюда свою красивую задницу.
— Ты серьезно только, что назвал мою задницу красивой? — Я вопросительно приподнимаю бровь.
Он бесстыдно кивает.
— Ага, тебе не послышалось.
— Чувак, — говорит Джекс, бросая на Хантера испытующий взгляд.
Хантер смотрит на него и пожимает плечами.
— Что? Это правда, и я знаю, что ты согласен со мной. — Джекс не спорит, его щеки слегка краснеют. Я уже замечала, как он краснеет раньше, и это самое милое, что я когда-либо видела. Однако прямо сейчас мои щеки тоже немного горят из-за того, что Хантер и Джекс, по сути, только что сделали комплимент моей пятой точке.
Джекс переводит взгляд с меня на Хантера.
— Чувак, почему тебя заводит ставить людей в неловкое положение? — Хантер лениво пожимает плечами.
— Не знаю. Может быть, потому что я никогда не смущаюсь, поэтому меня завораживает наблюдать, как это происходит с другими.
Я придирчиво приподнимаю бровь.
— Ты никогда не смущаешься? — Хантер качает головой, убирая прядь волос с глаз.
— Неа. Никогда. — Я постукиваю пальцем по нижней губе.
— Ну что ж, теперь у меня появилась мотивация доказать обратное. — Он довольно ухмыляется.
— Игра началась, милая Рейвен. Но поверь мне, ты проиграешь.
— Увидим. — Мой голос звучит увереннее, чем есть на самом деле, поскольку Хантер действительно не похож на парня, которого легко вогнать в краску.
— Знаешь, что, я помогу ей, — вмешивается Джекс. — И с удовольствием на это посмотрю.
Хантер демонстративно закатывает глаза.
— Удачи вам двоим с этим.
— Спасибо, — нахально отвечаю я.
Джексон выставляет кулак для удара, и я отбиваю его своим.
— Оу… разве вы двое не очаровательны? — издевается Хантер, поднимаясь на ноги. Затем он протягивает мне руку. — Пойдем, я покажу тебе твою новую комнату.
— Разве мне не следует подождать, пока я официально перееду, прежде чем называть это своей комнатой? — заявляю я, вкладывая свою руку в его и позволяя ему поднять меня на ноги. — Всякое может случиться, что может помешать моему переезду.
Хантер резко мотает головой, его взгляд становится серьезным.
— Несмотря ни на что, мы вытащим тебя из этого дома. — Его пальцы скользят по моему боку, и он слегка проводит ими по моей рубашке, по той стороне, которая скрывает мои раны и шрамы.
Я вздрагиваю, но не потому, что мне больно, а из-за беспокойства, что, возможно, он рассказал Джексу о шрамах. Хотя, Джекс, возможно, и так видел их, когда согревал теплом своего тела, вытащив меня из реки.
Что касается Джекса, Хантер смотрит на него с хмурым выражением лица.
Я оборачиваюсь, чтобы посмотреть, в чем дело, но обнаруживаю, что Джекс смотрит в пустоту, подрагивая коленом вверх-вниз и елозя кольцом по зубам.
— Джексон, прекрати, — мягко говорю я, протягивая руку и убирая ее от его рта.
Он вздрагивает, переводя взгляд на меня.
— Ты снова делаешь это, — объясняю я. — Вредишь своим зубам. Я улыбаюсь ему, затем пытаюсь убрать руку, но он вцепляется в нее. Затем он встает и переплетает свои пальцы с моими. Я бы совершенно не возражала против этого — друзья иногда держатся за руки, так ведь? — но я чувствую себя немного странно, когда Хантер держит меня за другую руку.
Хантер тоже замечает это, его взгляд мимолетно задерживается на руке Джекса в моей. Джекс не делает ни малейшего движения, чтобы убрать руку, но, честно говоря, он выглядит крайне рассеянным и кажется даже не замечает этого.
Тихо выдохнув, Хантер отпускает мою ладонь и берет меня под локоть. Затем он натягивает на лицо широченную улыбку.
— Пойдем, принцесса, посмотрим твою новую комнату, — объявляет он, возвращаясь к своему жизнерадостному состоянию. Затем он направляет меня к дверному проему с Джексом на буксире, который все еще держит меня за руку.
— Принцесса? — Я бросаю на Хантера скептический взгляд. — Парень, ты серьезно?
— А что? — невинно спрашивает он. — Полагаю, это вполне уместно. — Я смотрю на него, не впечатленная.
— Это наименее подходящее прозвище, которое ты мог бы использовать по отношению ко мне.
— Значит, ты предпочитаешь милую Рейвен? — Он мастерски меняет тему.
Я драматично вздыхаю.
— Я предпочитаю свое имя, но, если по-другому ты не можешь, я бы предпочла милую Рейвен всему остальному.
Его веселье усиливается, когда мы поднимаемся по лестнице.
— Рад, что теперь у меня есть официальное разрешение его произносить.
— Это было твоим планом с самого начала? — догадываюсь я, когда мы начинаем подниматься по лестнице.