Стоило мне начать игру с Конрадом, они как с цепи сорвались! А я ведь даже не был уверен, что они помнят, кто он такой — следов не должно было остаться. Я надеялся только на то, что спустя 15 лет какой-нибудь архивариус в подвалах Лубянки найдет имя Конрада и пустится по следу. Не подбросишь же им, в конце концов, записку с кратким изложением их тайных операций за период с 1914 по 1945 гг.! Но ведь, помнят, засранцы, рукописи-то не горят! И слава Богу, что все пока идет так, как я и предполагал: русские уверены, что вновь возникший Конрад — провокатор. Что под этим именем с ними начали игру люди из другой разведки. Но мне важно, чтобы в Москве думали, что это не Вашингтон. Не время сейчас ссорить ЦРУ и КГБ! Пусть решат, что Конрад — фигура из партии Берии. Что очнулись ленивые парни из английской МИ-5, потеряв своего Великого Лаврентия Палыча. Главное, попасть в черный список Иностранного отдела КГБ. Главное, чтобы поверили, что Конрад реальная живая фигура, тогда будут искать. Искать-то будут, но я не очень уверен, что поверят в эту игру! Ладно. Главное, чтобы заинтересовались. КГБ — это на сегодняшний день, пожалуй, самая сильная организация такого профиля в мире. И недооценивать ее — весьма глупо с моей стороны. Мне-то как раз совсем не хочется ссориться с ними. Может быть лучше пусть считают, что Конрад — это «собирательный» образ? Ну, как в кино. Черт его знает! Будем ждать, когда попытаются выйти на прямой контакт, а не через пройдоху и спекулянта Морячка! Интересно, все же, куда он девает свои драгоценности, которыми я с ним расплачиваюсь? Знает ли, что они так сказать, слегка экспроприированные? Знает, конечно. Как говаривал император Наполеон Бонапарт: «Надо ввязаться в драку, а там посмотрим». Еще вчера для меня самым важным было знать, что иностранный отдел получил заказ на поиск и возможную ликвидацию Конрада. В послании Морячка говорится, что русские начали охоту. Но на Конрада ли? Есть очередная жертва — вопрос в том, кто на этот раз? Не думаю, что с приходом Хрущева, что-либо измениться в КГБ — по-другому работать они еще долго не научатся, даже если и захотят.
Это один из самых любимых принципов КГБ и Гиммлера (чтоб ему пусто было!): «Есть человек — есть проблема. Нет человека — нет проблемы». Но, если Гиммлер был тупоголовым маньяком, то с русскими работать верно приятнее — они все-таки не лишены мозгов. Хотя и они в последние годы не отличались особой находчивостью, здравомыслием и фантазией. Как же все-таки русские и немцы сроднились в своей привычке думать, что они появляются на свет не из того места, откуда все остальные! Что они ближе к Богу, чем к заднице. Что в сортире после них пахнет розами и остается не дерьмо, а сладкие пироги, которые жаждут сожрать все остальные. Ну, по крайней мере, они пытаются всех этим накормить, а когда кто-то отказывается есть по причине плохого запаха — вот тут-то и начинаются обиды, которые чаще всего заканчиваются пальбой.
Если я правильно помню, то с середины двадцатых русские только и делали, что убирали со своей дороги тех, кого считали недостаточно лояльными своей власти. Если бы такими методами действовала царская охранка, то революцию делать было бы некому. Но ведь не трогали: отправляли в Европу, поближе к цивилизации. Думали, что поживут, образуются, образумятся — ага! Эти ничему не хотели учиться и историю потому под себя переписывают, что читать ленятся. Боятся, что случайно не то что хочется, прочитают!
От этого все проблемы: нормальный человек долго в такой обстановке нормальным быть не может. Конечно, агенты КГБ считают, что выполняют свой долг перед Родиной. Но человек — не машина! А долг — не пища насущная. Со временем каждый хочет понимать, что и зачем он делает. И вот тогда-то и начинается период разложения хорошо отлаженной машины. Гниет организм, если различные органы отказываются кушать то, что им дают, не интересуясь, нравится ли им пища. Да и кроме жратвы есть желания. Например, плотно покушав, и отдохнув, хочется любви — не чтобы ты, а чтобы тебя кто-нибудь полюбил. Не двуногое животное, которое ты норовишь все время поставить на четвереньки, схватить за волосы и трахнуть как следует. А так, чтобы без оплаты — за здорово живешь, за твои красивые глаза, за собственное и неповторимое Я. Любви хочется чистой, светлой и непорочной. Кому же нравиться думать, что те, кого мы любим, да и мы сами, когда-то были придуманы в потной и скомканной постели! Хочется же Божественного участия в этом чертовски приятном и весьма неприличном занятии. Не бывает так, чтобы человек не вспомнил о Боге — не нарисованном на бумажке, не впечатанном в газету, но существующем внутри себя. Бог ведь приходит только в минуту страха, когда кажется, что конец уже близко. И никак не раньше! Он дает понять, что наступило время выбора: идти этой дорогой дальше или все-таки свернуть в сторону и оглядеться — есть вокруг тебя хоть кто-нибудь, кому ты нужен. Бог ведь приходит не тогда, когда ты не прав — Он предлагает просто оценить самого себя. Если ты считаешь, что все в порядке — двигай свою задницу дальше — в конце дороги все равно опять встретитесь! Правда, выбора уже тогда не будет.