Я тут на досуге занимался статистикой побед ВЧК-ОГПУ-НКВД-МГБ-КГБ (и так далее) и получилась весьма интересная картина:
Париж. 1923 год. Выманивают Бориса Савинкова, лидера Народного союза за родину и свободу. Привозят в Москву, а потом он чего-то вдруг выпадает из окна.
Париж. 1926 год. Убит генерал Петлюра, лидер украинских националистов.
Париж. 1930 год. НКВД похищает генерала Кутепова, руководителя организации белых офицеров. В Москву не захотел ехать — шлепнули там.
Париж.1937 год. То же самое НКВД делает с генералом Миллером, преемником Кутепова. (Ну не дают ребятам работать и все тут.) В Мексике в 1940 году очень в грубой форме (ледорубом по голове) убивают Льва Троцкого.
И вот уже только год назад, в феврале 1954, пытаются убрать лидера Народно-трудового союза Георгия Околовича, но вот тут — незадача! Исполнитель не вовремя задумался над вопросами бытия, пришел к объекту и все рассказал: как, когда и чем собирался его кокнуть.
Из этого я делаю только два вывода: русские страшно любят Париж и не любят чужого мнения, а переубеждать — нет времени. Скоро светлое будущее и абсолютное счастье! Но, если серьезно, то список офицеров и агентов разведки Кремля, которые вдруг начали думать, а не просто выполнять; которые порвали с отчим домом и ушли за границу — весьма обширен. Кого-то достали их бывшие коллеги, а кого-то нет. Но от них проку никакого, потому что их, как вареные яйца, уже до скорлупы выели все возможные разведки мира, перебрасывая за неплохие деньги друг другу.
Мне они не интересны прежде всего потому, что они ничего не знают о том, что сегодня, а еще лучше — завтра, будет происходит на Лубянке. Они могут устраиваться учителями истории, если их возьмут. А я предпочитаю знать все наперед. Когда ты знаешь карты друга, легче предсказать, когда он станет твоим врагом. Тем более, что ни один из беглых толком ничего все равно не знает: уровень не тот, да и грубые они — от профессии дурно пахнет. А я и на охоту-то не хожу — зайцев жалко. Вот Линду не жалко — и ту второй месяц не могу задушить. Пристала, как в русской бане лист от веника. Ей Богу прикончил бы, да грудь слишком хороша — два бокала с шампанским стоят — не дрогнут!
Мне теперь, когда одни коллеги в КГБ постреляли других и воюют в основном не с вражескими разведками, а внутри своего коллектива, важно знать — что в Москве задумали по поводу объединения Германии. В Лондоне два года назад, в июле пятьдесят третьего, требовали от Москвы провести конференцию по этому вопросу. Прошло два года. Москве пора что-то отвечать — пауза затянулась. Вроде как Вашингтон поддерживает инициативу Лондона, но как известно, инициатива наказуема. Поэтому было бы интересно поработать над ссорой Москвы и Лондона, пока я буду устраивать фиктивный брак Москвы и Вашингтона. Дело в том, что новая власть в Москве, кажется готова отдать Западу Восточную Германию. Но, судя по моим данным, КГБ этого не хочет. Не хочет этого и ЦРУ. Поэтому беспрецедентный может получиться альянс: дружба американских и русских шпионов против их же правительств! Этак я получаю четыре зарплаты: от Вашингтона, от Москвы, из ЦРУ и КГБ. Да, и премию из Лондона за то что вовремя им про все это расскажу! Буду сыт, но главное, не подавиться. С другой стороны, во всех этих конторах думают, что есть четыре разных человека, которые на них работают. Не хватит четырех — добавим пятого. И все они потом умрут еще до прихода светлого будущего в лице Геенны огненной или Царства коммунизма: мне как-то наплевать. Главное, чтобы не появилась Линда — достала!
Вот за это я и собираюсь выпить два (или три?) бокала прохладного шампанского. Час назад она звонила и утверждала, что ее научили, как правильно заниматься французской любовью. Сомневаюсь. По мне лучшие француженки — китаянки. Они никогда не говорят, что у них болят колени. А Линда норовит все время встать на мою подушку из расписанного вручную шанхайского шелка, на которой я сплю. Меня это раздражает!