Первое время, несмотря на кампанию против сионистов внутри страны, СССР поддерживал Израиль. Но представленные в ЦК внешней разведкой данные подтверждали растущие контакты Израиля с Западом и Кремль, из-за такого предательства евреев, переключился на поддержку арабов против Израиля. Как быстро все это произошло! Поверить в то, что поведение Израиля было внезапным — глупо. Не знали об этом в Москве или не хотели знать? Или все это — очередная удачная провокация? В течение двух лет поменять «друзей»: уйти от страны, которая почти на половину состоит из бывших сограждан, и перейти в лагерь арабов, которые и близко не лежат ни по менталитету, ни по своим взглядам и целям с СССР! Мало того: арабов всегда поддерживала Англия, против которой Москва последнее время боролась! Как это понять, что два непримиримых соперника оказались по одну сторону, а по другую кто? США, что ли? Что это — желание поссорить Англию с США или это была попытка примирения с одним из бывших союзников по второй мировой войне? Так или иначе, но факт остается фактом — разведки всех этих стран замутили такую кашу, что правительствам стало не скучно.
Трошин отупел. Нет, правда! Через пять лет после войны СССР поддерживает Египет, где находится крупнейшая нацистская диаспора, против евреев, которых представители этой кучки беглых фашистов уничтожали. Ссора Сталина с Гитлером забыта? Сталин хочет начать все сначала? По всему выходит, что наша разведка работает под прямым руководством Великого Учителя. Вот еще Трошин наткнулся на отчет о собрании отдела Первого главного управления по Дальнему и Ближнему Востоку. Пояснение сотрудникам разведки, как надо относиться к слову «сионизм», уж больно похожему на слова «сталинизм» и «марксизм-ленинизм»: «...Упомянутый «изм» не соответствует «марксизму-ленинизму». Он сродни «троцкизму».
Опять! Вот оно: через десять лет Троцкий вышел из могилы. Сергей, не задумываясь, что делает, аккуратно заложил закладкой недочитанные материалы, сдал их сотруднику архива, которого вызвал звонком, и пошел к выходу. Очень хотелось пива: разливного, со слегка подсоленными сушками и очень не хотелось думать о том, что завтра с утра надо писать отчет о проведенной сегодня работе, о выводах, к которым он пришел. Если Сергей напишет о том, что он думает — это все равно, что самому себе написать приговор.
Вдруг шальная мысль как будто зазвенела в голове: « Мне надо ехать в Аргентину. На месте я все смогу довести до конца. Они же понимают, что кроме меня теперь никто не может найти Конрада. А я знаю, что он там. Зачем они меня выбрали? Почему тогда в сорок восьмом из Бразилии меня не выбросили на помойку, а оставили в деле? Теперь пришло мое время? Мне надо ехать. Обязательно надо ехать. Пора! Треснуть что ли водки?» Было немного свежо, но не холодно, а Сергея знобило.
20.
Ах, какая это страна — Аргентина! Этакий «Париж Южной Америки» — ленивый, прожорливый, циничный, чванливый, образованный, ненадежный, эмоциональный и расчетливый. Удивительные, милые, добрые люди, которым на вас глубоко наплевать — вы их заинтересуете, конечно, если у вас хороший счет. Но ровно настолько, пока у вас не кончатся деньги, а в долг здесь не дают. Здесь на слово не верят. А если вдруг у вас беда и вы захотите найти честного адвоката — поезжайте лучше в Грецию — там не так нагло обманывают. Везде все решают деньги, а в Аргентине все решают очень большие деньги, потому что маленькие заберут и вас не заметят. Но вы не обижайтесь — не пройдет и года, как вы сами станете таким же и на любую, самую простую, просьбу, перед тем как про нее забыть, будете с улыбкой отвечать: «Маньяна! Приходите завтра!» В этом и есть прелесть Аргентины: все делается не со зла, а просто потому что — а кто вы такой, что бы мешать нам жить в свое удовольствие?
... Но только в Буэнос-Айресе в кафе «Идеал», что на углу Сипача и Коррьентес, когда во второй половине дня собираются портеньос и наблюдают за проходящей мимо жизнью, можно попробовать «большой чай» с пирожными, каких больше нет в мире. Говорят, что они пахнут молоком матери. Мне трудно с этим спорить — у меня не было матери. Только в Буэнос-Айресе паррильяс (заведения, где жарят мясо) больше похожи на храмы, чем на рестораны. Только в Буэнос-Айресе вы можете попробовать матамбре — это нечто вроде рулета, начиненного овощами и сваренными вкрутую яйцами, которое подается холодным, но только в качестве закуски! А потом вы обязательно должны попробовать паррильяда — это жаркое из самых разных больших кусков мяса с потрохами и сосисками для самых изысканных гурманов. Но только требуйте, чтобы мясо было югосо — с кровью и закажите у официанта салса чимичурри. Это приправа считается такой острой, что заказывая ее, вы можете услышать возглас уважения даже от самого официанта! И не забудьте бутылку вина из винодельни Наварро или Эскориела. После этого можете уходить и искать себе партнершу для танго. Только в Буэнос-Айресе вы будете танцевать танго, пока ваши ноги не сотрутся в кровь, потому что партнерша похожа на сгусток крови и тает в ваших объятиях. Только в Буэнос-Айресе на вас по-настоящему кровно обидятся, если вы вдруг поймаете чужую руку в своем кармане и попытаетесь вызвать полицию, которая к вам не поспешит. И только в Буэнос-Айресе вас убьют просто за то, что вас не знают, а значит — вы никому не нужны!