В ту ночь она сделала меня не только мужчиной, но и по настоящему свободным. В ту ночь, умирал прежний я и возрождался другой человек. Человек, которого еще следовало познать. Это была еще та ночка, первая ночка за много месяцев, после которой я спал как младенец. От моего недуга, не осталось и следа…
***
Шли дни, дни перетекали в недели, недели превращались в месяцы. Все это время мы с Богиней, познавали, определяли и жаждали стать - сутью творчества. Она, была самым удивительным, что со мной происходило. Да и признаться честно, именно благодаря ей, я стал таким же, удивительным, как и она. Объятым пламенем, сильным и страстным мужчиной. Она проявляла во мне то, чего я никогда не замечал, в прежней жизни. Можно даже сказать, что - из черного, пыльного, никому не нужного куска угля, ей удалось, посредством неизвестному никому - волшебства, извлечь бриллиант.
Уподобляясь океану, она была: порой мирной как легкий утренний бриз, невесомой, грациозной. Порой же, она была неистовой как тайфун, обрушиваясь без остатка волнами страсти на меня. Мы активно искали, то самое искусство. В рисовании, в музыке, в сексе, в словах и даже в полках на кухне…
Однажды, мы нежились на берегу у озера, что находилось неподалеку от города. Был предрассветный час. И вот, как всегда, внезапно, её осенило:
- Я нашла его! – игриво, протягивая гласные, произнесла она и продолжила
- Искусство. Искусство подобно этой воде, что оказалась здесь миллионы лет назад. Оно фундаментально, нерушимо, заложено в саму суть мироздания.
- Тааак. – протянул я, чувствуя явную недосказанность её мысли.
- Но это только начало… - улыбнулась она и посмотрела мне в глаза.
Они, казалось мне, сияли еще пуще прежнего. Тем временем первые, совсем не смелые, лучики солнца, только начинали пробиваться из-за горизонта.
- Это вторая суть искусства. Завязка, предвкушение.
Я смотрел на зарождающийся, на моих глазах, рассвет. Робкие лучики постепенно набирали силу, пока…
- И взрыв! – солнце взрывается, заполняя собой все вокруг. Небо, озеро, траву и берег, озаряя своим могучим, светом, полным горячего золота.
- Катарсис! – произношу я, начиная понимать ход мыслей, этого совершенно незаурядного, разума.
- Но смотри, что будет дальше! – растягивала она последнее слово, по театральному играючи.
И я присмотрелся, солнце ослабевало. Мир возвращался на круги своя, снова становился узнаваем. Над самой поверхностью воды, возникала легкая, практически не заметная глазу, дымка.
- Вот оно, послевкусие! Неизбежность исчезновения. Искусство это и есть та самая дымка.
Я пораженный, не верил своим глазам. Это была та самая истина, философский камень, что мы так долго искали!
Мы оба ошарашенные смотрели друг на друга…
***
Но как повторить это? Как создать то самое, первозданное искусство. Ответ на этот вопрос, пришел лишь через три месяца, в канун нового года.
Я сидел в кресле и пил виски-скотч. Тот самый, что свел нас вместе в ту роковую ночь. Я вспоминал, все через что мы прошли. Я был опьянен, то ли от огня этой женщины, то ли от напитка. Та роковая ночь, можно даже сказать, та роковая женщина! Интересно, какой была бы моя жизнь, не встреть я её тогда? В ночь моей смерти и моего возрождения, из пепла и пламени, подобно фениксу. «Все-таки правду говорят, мудрецы…» - я не закончил свою мысль и вгляделся в пролетающие снежинки за окном, подсвечиваемые тем самым фонарем. Фонарем что когда-то, в ночи - открывал мне тайны богини.
«Все-таки правду говорят мудрецы, что женщины делятся на два лагеря. На дочерей Евы, что была воплощена в этот мир из ребра Адама, и на дочерей праматери – Лилит, что была создана из глины, божественной дланью – создателя. Богиня была истинной дочерью своей праматери, хищной, огненной, порой даже обжигающей плоть. С бесконечной любовью к жизни. Порой, мне казалось, что я не сильно бы удивился, увидев зрелище. Зрелище как дьяволица, ранним зимним утром, одевает на себя кожу моей, горячо любимой – Богини…»
Грохот взрыва и дребезг стекла заполнил нашу уютную спальню, вырывая меня из потока размышлений. Мы выбежали на балкон, но она опередила меня. Я посмотрел из-за её плеча на место происшествия. Фейерверк, неудачно запущенный подвыпившим соседом влетел к нам на балкон, пробив тонкое стекло. Взорвавшись он разрушал все на своем пути.