Ламар целовал красоток, здоровался с молодыми людьми, пожимал руки их нынешним и бывшим покровителям. Он представил отвращение Бадди к подобной процедуре. За годы их дружбы ему не раз приходилось уговаривать Бадди уйти с вечеринки, когда тот не мог сдержать оскорблений. И никогда не удавалось уговорить.
– Прекрасно выглядишь, Лам.
Перед ним предстало перекормленное лицо Сэма Сагански — одного из самых влиятельных «серых кардиналов» Голливуда. Рядом с ним стояла большегрудая девушка, одна из многих большегрудых девушек, которых Сэм вводил в высший свет, а потом устраивал публичный скандал и бросал, на всю жизнь ломая им карьеру и утверждая свою репутацию сердцееда.
– Как себя чувствуешь на его поминках? — спросил Сагански.
– Это не совсем поминки, Сэм.
– Все равно, он умер, а ты жив. Не говори, что ты этому не рад.
– Может быть.
– Мы выжили, Лам. Имеем право чесать яйца и смеяться. Жизнь прекрасна.
– Да, — сказал Ламар, — пожалуй, прекрасна.
– Мы тут все победители, да, дорогая? — Он повернулся к девушке, щедро демонстрировавшей плоды труда своего дантиста — Что может быть приятнее этого чувства?
– Увидимся чуть позже, Сэм.
– А фейерверк будет? — поинтересовалась девушка. Ламар подумал про Яффа, ожидающего наверху, и улыбнулся.
Обойдя комнату, он поднялся к своему покровителю.
– Приличная толпа, — сказал Яфф.
– Ты доволен?
– Вполне.
– Хочу с тобой кое-что обсудить, пока ты не слишком… занят.
– Что именно?
– Я о Рошели.
– А-а.
– Я понимаю, что ты затеваешь что-то значительное, и поверь, я только рад. Если ты сотрешь эту мразь с лица нашей гребаной земли, ты сделаешь миру огромное одолжение.
– Жаль тебя разочаровывать, — сказал Яфф. — Но они не отправятся на тот свет. Я просто заберу у них кое-что личное. Их смерть мне не нужна Это скорее сфера интересов моего сына.
– Я должен быть уверен, что это не коснется Рошели.
– Не трону ее и пальцем, — сказал Яфф. — Еще что-то? Ты доволен?
– Да Спасибо.
– Ну, так давай начнем.
– Что ты собираешься сделать?
– Я хочу, чтобы ты проводил ко мне гостей по одному. Пусть сначала немного выпьют, а потом., предложи им показать дом…
– Мужчин или женщин?
– Сначала мужчин, — сказал Яфф, снова повернувшись к окну. — Они податливее. Мне кажется или уже и правда темнеет?
– Нет, это тучи.
– Дождь?
– Вряд ли.
– Жалко. О, еще гости. Тебе лучше пойти и встретить их.
VI
Хови отдавал себе отчет, что поход в лес на окраине Дирделла — пустая затея. Встреча не повторится. Флетчер ушел, и вместе с ним ушло то, что он один мог объяснить. Но Хови все-таки отправился в лес в надежде, что возвращение на место, где он встретил своего отца, пробудит воспоминания и поможет докопаться до истины.
Солнце скрылось за туманной дымкой облаков, но под листвой деревьев было так же жарко, как в прошлый раз. А может быть, еще жарче, и уж точно влажнее. Хови собирался идти сразу к месту их первой встречи с Флетчером, но задумался и сбился с пути. Искать дорогу не хотелось. В сущности, своим приходом сюда он просто выразил уважение своей матери и человеку, против собственного желания ставшему его отцом.
Но случай или какое-то наитие вернуло его на прежний курс. Когда он вышел из-за деревьев на круглую поляну, он не сразу понял, что оказался там, где восемнадцать лет назад была наколдована его жизнь. Да, верное слово. Именно наколдована. Флетчер был магом, хотя и скверным. А сам Хови — его фокус. Но всем троим участникам этого циркового номера — Хови, его матери и Флетчеру — вместо цветов и аплодисментов достались боль и страдания. Много лет Хови стремился приехать сюда, и все ради того, чтобы узнать: он всего-навсего кролик, которого фокусник вытащил из шляпы за уши.