Она надеялась, что Мэри поможет разобраться в этих связях.
– Все, — сказала Тесла. — Теперь твоя очередь. Женщина немного помолчала, собираясь с силами. Потом заговорила:
– Ты ясно представляешь себе картину недавних событий и хочешь узнать, что привело к ним. Конечно, для тебя это загадка. Должна признаться, что многое непонятно и мне. Я не могу ответить на все вопросы. Многого я не знаю. Твой рассказ доказывает одно: мы обе не знаем большей части событий. Но кое-что я могу сообщить. Во-первых, и это главное: всех членов Синклита убил Киссун.
– Киссун? Издеваешься?
– Я одна из них, помнишь? — сказала Мэри. — Он многие годы плел против нас заговор.
– Заговор? Вместе с кем?
– Не догадываешься? С иад-уроборосами. Или с их представителями здесь, в Косме. После падения Синклита он вполне мог воспользоваться Искусством и провести иадов в этот мир.
– Черт! Так то, что он говорил про иадов и про Субстанцию… это правда?
– Да. Он лжет, только когда ему выгодно. Он сказал правду. Это часть его блестящего…
– Не вижу ничего блестящего в сидении в хижине, — перебила ее Тесла и добавила: — Постой, что-то тут не сходится. Если он уничтожил Синклит, чего ему бояться? Зачем ему вообще прятаться?
– Он не прячется. Он в ловушке. Троица — его тюрьма. У него есть единственная возможность выбраться оттуда…
– Воспользовавшись чужим телом.
– Именно так.
– В моем теле.
– Или в теле Рэндольфа Яффе до тебя.
– Но ведь ни я, ни Яффе не поддались на его уговоры.
– А у него небольшой выбор гостей. Требуется почти невероятное стечение обстоятельств, чтобы кто-то приблизился к Петле хотя бы на расстояние, видимое глазом. Киссун создал ее, чтобы скрыть свое преступление, а теперь Петля прячет его. Изредка кто-нибудь вроде Яффе, на грани безумия, оказывается в той точке, откуда Киссун может взять его под контроль и привести в хижину. До тебя он смог добраться благодаря нунцию. Но обычно ему приходится сидеть в одиночестве.
– Как он оказался заперт там?
– Я его поймала. Он думал, что я умерла. Мое тело принесли в Петлю вместе с остальными. Но я выжила. Я разозлила его, заставила напасть на меня и обагрить руки моей кровью.
– Руки и грудь.
Тесла вспомнила видение окровавленного Киссуна, когда впервые сбежала от него.
– Существуют весьма жесткие правила магии Петли. Внутри Петли нельзя проливать кровь. Если ее создатель сделает это, он станет ее пленником.
– Что ты имеешь в виду под словом «магия»?
– Заклинания, пассы, фокусы.
– Фокусы? Ты называешь создание временной Петли фокусом?
– Это очень древняя магия, — сказала Мэри. — Время вне времени. Упоминания о ней можно найти везде. Но для каждого состояния материи существуют свои законы, и я заставила его нарушить один из них.
– И ты тоже была там заперта?
– Не столь надежно. Но я хотела его смерти и не знала никого в Косме, кто мог бы его убить. После падения Синклита это стало почти неосуществимо. Мне пришлось остаться и ждать случая с ним покончить.
– Тогда ты тоже пролила бы кровь.
– Лучше сделать это и стать узницей, чем позволить ему продолжать жить. Он убил пятнадцать величайших мужчин и женщин. Высокие чистые души попали на бойню. Некоторых он замучил ради собственного удовольствия. Не лично, конечно. У него были агенты. Но он все это задумал. Он сделал так, чтобы мы разделились, и казнил нас поодиночке. Потом перенес тела обратно во времени в Троицу — там, как он знал, не останется никаких следов.
– И где они?
– В городе. То, что от них осталось.
– О боже. — Тесла вспомнила смердящий дом и содрогнулась. — Я чуть не увидела их.
– Но Киссун, конечно, тебе не позволил.
– Не силой. Скорее уговорами. Он такой убедительный.
– Безусловно. Он дурачил нас многие годы. Синклит — самое закрытое общество в мире, то есть он был таким. Попасть в него было практически невозможно. Были разработаны способы отбора и очищения кандидатов еще до того, как они узнавали, что Синклит существует. Киссун каким-то образом сумел обойти эти процедуры. А может, иады завербовали его, когда он уже стал одним из нас.
– Об иадах действительно так мало известно?
– Очень трудно узнать что-либо о Метакосме. Это закрытая система. Все, что мы знаем об иадах, умещается в нескольких словах. Их много, их понятия о жизни не такие, как у вас, людей, а прямо противоположные; и они хотят попасть в Косм.