Глава 28. Пустое место
День тянулся тяжело. С утра в магазин заходили торопливые люди, бросали короткие фразы, требовали сдачу быстрее. Время от времени накапливалась очередь, и Мила ловила себя на том, что отвечает машинально, а в голове — только вечер. Не мастерская, не задание, а мысль о том, что он снова будет ждать у входа или встретится в коридоре с тубусом подмышкой.
Ближе к концу смены в зал зашёл мужчина в длинном пальто — не он. Потом ещё один в тёмной куртке — тоже не он. И каждый раз сердце делало короткий лишний удар, а потом возвращалось в размеренный ритм.
В восемь она переоделась и вышла на улицу. Воздух был холодным, резал горло. Листья скользили по мокрому асфальту. Дорога до академии заняла чуть меньше получаса — она шла быстро, чувствуя в себе усталость, но и странное ожидание, которое не хотело гаснуть.
Коридоры были полутёмные, откуда-то тянуло запахом растворителя и мокрой шерсти пальто. В мастерской уже расставили мольберты, натурщик сидел под лампой, на его плечи наброшена ткань цвета выцветшей меди. Студенты рассаживались, шумели стульями, доставали кисти.
Она быстро пробежала взглядом по лицам — его не было.
Занятие началось, и шум растворился в шорохе карандашей. Мила рисовала, но линии выходили жёсткими, угловатыми, как нервное дыхание. На пустом месте у стены, где он обычно ставил мольберт, кто-то другой оставил свою сумку.
В перерыве она осталась у окна. Снизу доносились голоса и редкий смех. Телефон молчал. Не было ни «приду позже», ни «задержался».
— Ты чего такая тихая? — спросила Лера с соседнего мольберта.
— Устала, — ответила Мила, и это было правдой, но не всей.
Вторая половина занятия прошла в ещё большей тишине. Она ловила себя на том, что ждет шагов за дверью, знакомого движения плеч в пальто, но их не было.
После занятия она вышла одна. Ночной город светился разрозненно: отдельные окна, редкие витрины. Воздух был влажным, и в нём слышалось что-то недосказанное.
Дома, переодевшись, она долго не могла лечь. В какой-то момент она взяла телефон. Экран был пустым, и в этом молчании было слишком много вопросов.
Глава 29. Два дня
Второй день без него оказался тяжелее первого.
Сегодня она не работала — значит, времени до занятий было больше, чем нужно. Обычно такие дни уходили на сон, приготовление еды, редкие прогулки или беспорядочные наброски в альбоме. Но сегодня свободные часы тянулись вязко, как если бы кто-то нарочно замедлил стрелки часов.
Она пыталась заняться эскизами, но карандаш всё время уходил в сторону. Линии выходили мимо, и Мила в раздражении перевернула лист. В голове крутились не формы и светотени, а мысли о том, как он вошёл в магазин в тот день, как стоял у витрины, как ждал под дверью.
Часов в пять она всё-таки вышла из дома, чтобы медленно дойти до академии. Небо уже темнело, дома казались ещё выше из-за узких тротуаров, а в воздухе был терпкий запах мокрой листвы и дыма.
В мастерской было людно. Сегодня ставили сложную натуру — фигура в движении, руки подняты, плечи напряжены. Вдоль стены уже стояли мольберты, студенты доставали уголь, кто-то спорил о композиции.
Его не было.
Место, где он обычно ставил мольберт, занял Макс. Он сидел, наклонившись над альбомом, и делал быстрые, уверенные штрихи. Его волосы упали на лоб, он привычным движением убрал их ладонью. На секунду их взгляды встретились — и сразу разошлись. В груди кольнуло что-то отдалённое, но не острое — скорее тень воспоминания. Всё, что было, теперь выглядело как чужая сцена: слишком близко, слишком быстро, без пространства для чего-то большего.
Мила устроилась ближе к окну. Вечерний свет уже уходил, и электрические лампы делали цвета жёстче. Её рука двигалась автоматически, но взгляд снова и снова возвращался к пустому пространству, которое он обычно занимал.
В перерыве она осталась в коридоре, прислонившись к холодной стене. Снизу, из вестибюля, доносились голоса, скрип ступеней. Телефон лежал в кармане — ни одного сообщения.
— Ты чего сегодня тихая? — спросила Лера, выходя из мастерской с банкой чая в руках.
— Просто думаю, — ответила Мила.
Лера усмехнулась:
— Это про того, с тубусом? Он ведь всегда вовремя. Странно.
Занятие закончилось ближе к десяти. Она спустилась по лестнице и вышла во двор академии. У ворот, в свете фар, стояла чёрная BMW. Двигатель работал тихо, почти без вибрации. За рулём был он. Лобовое стекло в каплях, свет приборной панели выхватывал его профиль.