Ворвавшись на базу, бронемашины замерли, выпуская из своих чрев волны десанта, а затем они снова ринулись в бой, кружа по территории базы. Клоны же под командой джедаев и ЭРК-клонов устремились на помощь защитникам базы.
Отряд генерала достиг штаба. Там их встретил маршал-коммандер Блэм, с перебинтованной головой.
— Рад вас видеть, сэр!
— Конкретнее, Блэм!
— Противник прорвался там, там, там и там. Одну брешь вы закрыли, но остались еще другие. Сэр, наш госпиталь в опасности! Его обороняют два инженерных батальона, но туда прорвались эти хаттовы «Нимбусы»!
— Ясно! Все за мной! — джедай махнул световым мечом. — Асоке нужна будет помощь — она идет как раз прямо туда! Восемьсот второй, следуй на левый фланг, твоя задача — разведка! Триста второй, за мной!
— Понял-понял! — отозвались адьютанты.
Они уже приближались к кораблю, вокруг которого кипел бой. Тогрута носилась по полю, уничтожая дроидов и прикрывая своих бойцов, которые рвались на помощь к своим братьям.
Внезапно в какофонии боя наступила пауза. Впереди мощно полыхнуло. Автоматика в шлеме Альфы-Семнадцать затемнила визоры, но и так он прекрасно видел всю обстановку. Фрегат «Пельта» перестал существовать — на его месте дымилась огромная воронка; все, кто были на ногах, попадали от взрывной волны. В голове Семнадцатого мелькнула мысль. «Реактор взорвался. И наверняка не случайно. Барадиевый заряд, не иначе.»
А генерал Викт в это время упал на колени, обхватив шлем руками.
«Хатт, кажется, там была коммандер Тано».
— Брат, хватаем его и уходим! Их слишком много! Жестянка, прикрывай нас! — заорал Четырнадцатый, посылая очередной заряд в шустрого противника. Ополченцы после уничтожения корабля воспрянули духом, с воплями несясь в атаку, за ними следовали боевые дроиды, рядом мелькали бойцы из «Нимбуса», которые парили в нескольких метрах над поверхностью на своих репульсорных ботинках.
Семнадцатый шагнул вперед, протягивая руку к плечу генерала. Внезапно тот оторвал руки от шлема и вытянул их перед собой…
♦ ♦ ♦
Время остановилось, звуки исчезли.
Меня накрыла волна боли, исходящая от моей ученицы. Все остальное: боль других, смерть, страх, ужас — стали несущественными. Была лишь ее боль. А затем, через краткий миг, растянувшись на вечность — все прекратилось. Ощущения вернулись ко мне, оставляя меня в растерянности.
«Нет!»
Мозг поразила страшная мысль.
«Она должна быть жива! Она не может вот так умереть!»
Но во всей этой навалившейся какофонии ощущений я не мог различить ее огонек. Вся усталость прошедших дней навалилась на плечи, пригибая к земле, разрушая остатки внутреннего спокойствия. А вместо него зрел гнев.
«Ублюдки. Там же госпиталь был! Раненые! Врачи! Мои солдаты! Асока!»
Гнев ширился, захватывая мой разум.
«Отомстить, убить их всех! Нашинковать, замучить… Уничтожить! Я дам тебе Силу!»
«Стоп, это неправильно… Что за хуйня?! Что со мной?»
Внезапно я увидел себя изнутри. Это место было… странным. У него не было ни размера, ни формы. Даже названия для него я не мог придумать. А в центре — и одновременно вокруг — струилась Сила. Но… Она не была однородной. Свет смешивался с Тьмой, исходящей прямо из центра Света. Она уже была частью моей Силы. Она поселилась там незаметно для меня. Была ли она там изначально — я не знал. Я впервые смотрю на себя…так. Ее щупальца захватывали все больше места, душа Свет. Все это влияло и на мои мысли.
«Это Темная Сторона. Она… зовет меня… обещает силу… отмщение… нет. Нельзя! Не хочу!»
Боль — уже моя собственная — накатывалась волнами, а снаружи били раскаты чужих смертей.
«Я не хочу!»
Головная боль стала настолько невыносимой, что, казалось, голова сейчас лопнет, а кровь выступит сквозь поры кожи.
«Ты мой!»
Щелк. Обезображенное лицо. В нем узнаю себя самого.
«Не хочу».
«Ты мой!»
Щелк. Асока с ужасом смотрит на меня. В ее огромных глазах отражаются мои, сменившие цвет на желтый.
«Нет!»
Щелк. Скайуокер душит Амидалу на Мустафаре. Щелк. На его месте я, а вместо нее…
«Не хочу, не хочу, не хочу! Уйди, сука!»
♦ ♦ ♦