— Весьма недурно, — подвел итог Викт.
— Плохого не держим, — заверил его Сурабаи. — Модификация на основе чертежей «флота Катана», хотя только отчасти. Там вообще вроде две тысячи двести человек экипажа было.
Джедай нахмурил лоб, вспоминая что-то.
— Мне бы вот еще офицеров толковых. — пожаловался Викт. — Клоны, конечно, отличные парни, но… они все «одинаковые». Нет особо выдающихся специалистов. Да и опыта у них особо и нет.
Офицеры согласно закивали головами.
Вице-адмирал Реборн обратился к Ринауну.
— Сегодня же на вашем корабле группа курсантов совершала ознакомительный полет?
— Да. Вон они, внизу, отмечают начало службы.
— Думаю, нескольких из них мы могли бы откомандировать к вам, генерал. Насколько я знаю, эти офицеры еще не получили назначения — иначе бы рапорты прошли через меня. Тем более, я точно знаю, что еще три группы выпускников направляются к нам. Генерал, вам предоставить личные дела?
— Не стоит. Я уже выбрал.
Сидящие за столом офицеры невольно переглянулись.
— И кого-же?
— Да во-он ту четверку, что сидит с моим падаваном. Если уж с ней они нашли общий язык, то со мной точно сработаются.
Ринаун, как и другие офицеры, тут же убедились, что генерал не откладывает дела в долгий ящик. Нажав пару кнопок на наруче, генерал вызвал на связь свою ученицу.
— Асока!
— Да, учитель? — тогрута завертела головой, пытаясь найти взглядом учителя. Наконец ей это удалось. Она помахала рукой.
— Асока, скажи тем офицерам, с которыми ты сидишь — пусть собирают манатки и отправляются на «Марат» — отныне они будут служить под моим началом.
— Ой, как здорово! — обрадовалась тогрута.
Ринаун с затаенным ехидством наблюдал за тем, как отвисают челюсти молодежи, и не только.
«А генерал-то тот еще фрукт. Нужно за ним пронаблюдать — больно интересная личность».
♦ ♦ ♦
Удовлетворив свое любопытство, офицеры переключились на свою болтовню, обсуждая им одним понятные нюансы.
Я же, сидя в роскошном кресле, молча наслаждался очередным бокалом вина. Не то чтобы я в бытности моей студентом увлекался этим делом, но… быть студентом и не поучаствовать в общей пьянке, да еще если повод подходящий — это было бы очень странно. Да и есть огромная разница между восприятием обычного человека, и восприятием джедая. Черт, да это вино для меня было почти «живым»! Слегка уплыв в транс, я наслаждался букетом — на земле такого точно не было; ну или, во всяком случае, я такого не пробовал.
В общий гармоничный «одобрямс» сознания вклинилась мысль:
«Наслаждайся, пока можешь. Когда еще удастся так вот посидеть — одна Сила ведает».
Вот уж точно. В чем я уверен — так это в том, что я ни в чем не уверен.
I. Часть Первая. Интерлюдия № 1
Законы, которые во время мира изданы,
большей частью отменяет война,
а которые изданы во время войны,
отменяет мир.
♦ ♦ ♦
Яркие лучи солнца поливали поверхность Раксус-Секундус. Расположенная в системе Раксус, входящей в Тионскую Гегемонию — одно из древнейших образований современной Галактики. Поговаривают, что оно было создано в незапамятные времена некими Древними, которые создали и небезызвестную Кореллианскую систему. Раксус-Секундус, как и вся система, принадлежала Конфедерации Независимых Систем. И именно на ней располагался основной командный пункт сепаратистов.
Война набирала обороты. Оправившись от потрясения в связи с появлением у Республики армии клонов, главы основных членов КНС собрались на Раксус-Секундус, лично или с помощью дальней связи, чтобы обсудить дальнейшие планы.
Просторный зал, располагающийся в одном из дворцов на берегу океана, был погружен в легкий сумрак. В помещение, где собрались представители сепаратистских организаций, вошел статный седовласый человек, одетый в роскошную черную мантию. На поясе угадывались очертания светового меча.
Дуку был аристократом, и считал себя эталоном элегантности, даже манера его речи напоминала речь человека высокого происхождения. Именно из-за своих взглядов он ушел из Ордена Джедаев, сказав, что тот предал саму идею своего существования и стал игрушкой в руках прогнившей Республики и лживых коррумпированных сенаторов. Дуку мечтал создать Империю, где правили бы люди, а нелюди стали бы рабами или были бы уничтожены.