«Ты…» — осторожно начал я, ощутив связь между нами.
«Тут достаточно тьмы, чтобы я появилась, — ответила незнакомка. — Федор Данилович закончил проверку и назначил меня, чтобы я подумала над твоим дальнейшим обучением».
Я почесал затылок. В принципе, логично — старейшину рода в наставники еще нужно заслужить.
«Меня зовут Александр, — представился я. — Сейчас немного не до учебы, но если ты поможешь в бою, я буду благодарен».
«Мое имя тебе не нужно, — отмахнулась девушка. — Называй меня, как в дружине, Неясыть. Что же насчет боя — когда еще тренироваться как не тут?! Хватит отсиживаться, иди вперед. Проверим, чего стоит твоя сила против тьмы!»
Глава 3
Новая наставница от предков мне не понравилась. Возникало ощущение, будто мое выживание для нее совсем не в приоритете. С другой стороны, раз я оказался так близко к созданию тьмы, пришло время снова столкнуться лицом к лицу с ней самой…
Громыхнуло. Странная сила Лихо задела несколько стоящих в стороне заправщиков для дирижаблей, что-то в них коротнуло, и взрывная волна накрыла девушку. В тот же миг головы гидры снова ринулись вперед, надеясь застать ее врасплох. Из гостиницы донеслись чьи-то испуганные крики — кажется, какие-то «бессмертные идиоты» решили не эвакуироваться сразу после предупреждения и насладиться боем из первых рядов.
К их счастью, искра Лихо помимо дара еще и укрепила ее тело. Вместе с защитой костюма этого оказалось достаточно, чтобы пережить волну пламени. Головы гидры снова были вынуждены отступить. Вот только крики из гостиницы — они были такие звонкие, а еще звездочки, удаляющиеся от окна… Они были очень низко от пола. Либо там, в номере, остановилась команда карликов, либо дети…
— Ну, давай! — Неясыть напомнила, что нас ждет тьма.
А я неожиданно осознал, что жизни детей, даже посторонних, для меня важнее встречи с хозяйкой из осколка. Кажется, принятие рода и жизнь с дедом и Ксюшей изменили меня сильнее, чем я думал. И никакие тренировки Курильщика с их расчетом и холодной целесообразностью не могли на это повлиять. Тьма подождет.
— Архимед, там в гостинице дети, — я попробовал воспользоваться административным ресурсом.
— Сканеры их не видят, — черная горилла прыгала где-то среди полосатых боевиков, но ответ пришел почти мгновенно.
— Разве вы не слышали крики?
На этот раз ответ задержался:
— Перепроверил запись из двух источников, все чисто.
— Но я слышал и прямо сейчас вижу там движение.
— Это может быть ловушкой тьмы. Просто сражайся… — Архимед решил, что сказал все, что нужно, и отключился.
Я посмотрел вверх, звездочки на пятнадцатом этаже гостиницы снова двигались.
— Неясыть, ты знаешь, что это может значить? — я посмотрел на девушку-предка, та только пожала плечами.
Понятно, и она тоже считает, что мне просто нужно идти и сражаться. Не задавая вопросов.
— Бормотун, ты что-то видишь? — я сверился с ветераном.
— Ничего. Смотри, я скинул изображение с дрона, — Бормотун переключил на меня картинку со своего летающего помощника. Действительно, в подозрительном номере было пусто. Моя искра видела движение, но электроника упорно говорила, что я ошибаюсь.
Может, и вправду забыть про эту аномалию?
— Не знала, что мой потомок трус, — Неясыть ехидно подняла бровь, и это стало последней каплей.
Когда все так старательно направляет меня в одну сторону, я просто из принципа пойду в другую. Потому что верю в себя достаточно, чтобы не сомневаться. Верю больше, чем в общественное мнение и показания электроники.
— Я в гостиницу, — я развернулся на месте.
— Трус, — проводила меня Неясыть, не сдвинувшись с места.
Кажется, мои отношения с предками снова испортились, но плевать. Им либо придется признать меня таким, какой я есть, либо я заставлю их это сделать.
— Мы… Мы останемся и будем сражаться, — Сашка-Волк тоже принял свое решение.
Тоже все ясно: они игиги-герои. Может, глава старицкого отряда и хотел бы мне поверить, но долг оказался сильнее.
— Мы тоже. Спасибо за оружие, — Бормотун даже не посмотрел в мою сторону.
Как быстро я остался без поддержки. Одна выбрала гордость предка рода перед зеленым новичком, второй — репутацию защитника справедливости и родной корпорации, третий — долг перед страной, которой снова был так рад служить.
Я развернулся и побежал к гостинице. Мелькнула мысль, что, будь тут Гусеница, мы бы взлетели наверх в мгновение ока. Ничего, мне хватит и лестницы. Я бросил взгляд на призывно горящее табло лифта, но это было бы слишком безрассудно — довериться электронике в такой момент.