– Старайтесь как можно больше легионеров выбить из строя, оставляя коней невредимыми, – изрекла предводительница последнее наставление перед атакой.
Она оглянулась, чтобы убедиться в готовности своих охотниц к бою, и резко опустила ладонь вниз.
По сигналу дикарки выпустили стрелы. Внезапность нападения обеспечила половину успеха – воины валились с ног, как подкошенные снопы. Солдаты, оставшиеся невредимыми, попрятались за повозки и, обнажив мечи, приготовились к отпору. За одним из фургонов укрылись хозяин обоза, купец Борух Ривман, центурион Кастул Ролло и ещё несколько ветеранов. Неожиданно обстрел прекратился. Выждав немного, Кастул выглянул из-за укрытия, оценивая обстановку.
Стоя за деревом и внимательно следя за ходом сражения, Селестрия чутьём полководца уловила переломный момент. В такие минуты опытный тактик выпускает резерв, чтобы добить неприятеля. Сложив руки рупором, предводительница прокричала:
– Если заплатите пошлину, вам позволят уйти, в противном случае мы сожжём весь товар.
Селестрия снова махнула рукой. По её команде две охотницы с зажжёнными факелами подошли к неглубокой траншее, подготовленной заранее и наполненной вязким горючим веществом, и подожгли густую жидкость. Пламя мгновенно распространилось по канавке. Гекта подошла и поднесла к огню стрелу, наконечник которой был обмазан смолой, – пропитка загорелась. Черноокая лучница натянула тетиву и посмотрела на Селестрию, ожидая приказа; остальные воительницы тоже приготовились к нападению, намериваясь повторить залп.
Наблюдая за происходящим, Кастул видел, как потянуло дымком со стороны, казалось, непроходимой чащи. Этот закалённый в битвах солдат не был трусом, о чём свидетельствовал шрам на левой щеке, он был готов выполнить свой воинский долг до конца. Поэтому центурион, прислонившись спиной к повозке, пристально смотрел на хозяина каравана, выжидая, что он скажет. Купец Борух происходил из семьи торговцев и к сорока годам изрядно преуспел на этом поприще, далеко обойдя своего родителя, расширив и приумножив его дело. Среднего роста, склонный к полноте, с чёрными волнистыми волосами, которых уже коснулась седина, с отвисшими щеками и лоснящимся подбородком, с первого взгляда он не привлекал к себе внимания, но в карих от природы глазах светился ум. Он быстро понял, что может потерять не только товар, но и жизнь, поэтому, выйдя из-за укрытия и махая руками над головой, прокричал в сторону леса:
– Не стреляйте, я иду к вам.
Селестрия, видя человека, размахивающего руками, знаком показала своим воительницам не стрелять.
Зайдя за деревья, Ривман увидел много странных дикарок. Одетые в звериные шкуры девушки и впрямь казались воплощением духа леса, они держали наготове луки с вложенными в них горящими стрелами. Их суровые лица и насупленные брови не предвещали ничего хорошего. Борух принял смиренную стойку; в восточном халате, подпоясанном ремешком, в полотняных штанах, кожаных сандалиях на босу ногу, с беленькой ермолкой на голове, купец смешно и нелепо выглядел в окружении воинствующих ангелов. Прямо на него смотрела высокая, статная светловолосая красавица с широким мечом на поясе.
– С чем к нам пожаловал? – грозно спросила она.
Путаясь в нательной рубахе, Борух неловко достал из-за пазухи замусоленную тряпицу, развернул материю, и на его ладони засверкали несколько золотых слитков.
Поколебавшись немного, оценивая подношения, Селестрия в знак согласия кивнула головой, принимая откуп. Одна из дикарок быстро подскочила к торговцу и ловко забрала у него свёрток с драгоценным металлом.
По сигналу предводительницы всё сразу пришло в движение: исмаритянки мгновенно затушили огонь, воткнув горящие стрелы в землю, и растворились в густых дебрях леса.
– Иди, передай своим: никто ваш караван не тронет, – властно произнесла зеленоглазая красавица.
Не видя смысла в дальнейшем разговоре, Селестрия величественно повернулась и не спеша скрылась за густой листвой, часто растущих деревьев.
Оставшись один, купец тяжело вздохнул, повернулся и поплёлся восвояси. Дойдя до обозных повозок, остановился. Его сразу окружили с десяток воинов во главе с центурионом.