Новый мамин ухажер умеет нравиться. И он нравится всем — бабуле с дедулей, маминой сестре и, конечно же, самой маме больше всех. И маминому сыну он нравится тоже.
Но больше всего ему нравится то, о чем говорит бабуля. Что мама скоро снова выйдет замуж и тогда уж точно заберет его с собой. Не хочется, конечно, расставаться с двумя лучшими друзьями, но не беда — заведет новых друзей там, куда уедет.
Так и происходит.
Мама выходит замуж к исходу осени. Тогда же забирает и его — в старый, обшарпанный домишко у реки. От него уже издалека разит древесной гнилью, мочой и старостью — туалет на улице, а квартира отапливается печкой. Оказалось, что мамин ухажер не так уж и богат, но ничего. Главное — мирно ужиться в одной комнате и крохотной кухне. Оказалось, что ни у кого из соседских детишек нет коньков, и он сближается с ребятней, уча их кататься.
Каждое утро он просыпается под резкий колокольный звон.
Беременность мамы к весне уже не скроешь.
Тогда же на печке он находит пачку презервативов. Большую. Упаковка лежит в куче с лекарствами, и он не отрывает от нее застывшего взгляда. Ему девять, и он уже знает, что такое секс — но при взгляде на шуршащую упаковку его пронизывает едва терпимый сладкий стыд.
Он делает вид, что ничего не замечает, а упаковка вскоре пропадает. Только теперь слушать ночные шорохи почти невыносимо, и он каждую ночь плотнее зарывается в колючее одеяло.
Вскоре их квартирка немного обновляется: появляется кроватка, крохотные носочки и штанишки со швом наружу, ярко-розовые одеяльца и простынки. Мамин ухажер — точнее, муж — берет вторую работу. И оказывается вдруг, что ему дозволено чуть больше, чем остальным членам маленькой семьи: если ему не понравилась еда, он может сбросить сковороду на пол, если ему не понравилась чистота ботинок, он может выбросить их с мамой обувь во двор. Может — и ей не позволено возражать, ибо «он так устал, тяжелая работа, пойми, пойми». Льется шорох оправданий, зачаровывая дерзкий детский язык, наивно воюющий против несправедливости. Оказалось, что мамин муж очень глупый, глупее ребенка, ибо все его возражения против детских острот сводятся к громогласному ору и хватанию за его — детские, короткие — волосы. Не нужно плакать, ты же мужчина, говорит мама, заглушая злые рыдания. Так всех воспитывают.
Мама рожает летом, и несколько бесконечно долгих месяцев квартиру сотрясает только один крик.
Впервые он замахивается на маму, когда маленькой ее сестренке исполняется шесть месяцев.
Но брак их растягивается на долгие, долгие пять лет.
***
Все заканчивается летом.
Поет лес, встревоженный холодным дождем, поет душистыми запахами, пышной зеленью, водой, бормотанием близкой речки. Все заканчивается здесь — в глухой деревне за семьдесят километров от цивилизации, куда они приезжали «отдохнуть», где предосенние волны облаков мощно окатывают землю. Дождь приглушает дыхание, кусты укрывают их от ищущего взгляда; мама прижимает к груди малютку-сестру, и им некуда бежать от озверевшей тени, что выкрикивает их имена как грязные ругательства. Они все промокли насквозь, но мама с сестрой дрожат вовсе не от холода; он покровительственно оглядывает их двоих, чувствуя себя сильным и смелым. Телефоны у них отобрали, и единственный способ сбежать отсюда — выпросить у кого-нибудь другого. Так он думает, и тут же выбегает наружу.
Опасности Ириски, [26.02.2025 11:48]
Тень оборачивается к нему, рвется навстречу. Страх, заставляющий больно пульсировать сердце, придает сил — он сам не замечает, как перемахивает через забор и бежит, бежит по проселочной дороге до ближайшего двора. Какого черта они, спрашивается, купили дом на окраине? Какого черта?..
Пинок сбивает его с ног, и он падает на щербатые камни. Первая боль, первая кровь — секунды хватает, чтобы догадаться, что будет хуже. Он пинает юношу — со смаком, с оттяжкой — расчетливо и трусливо по ногам и спине. И это больно — так больно, что он не сдерживает унизительных слез и криков о помощи.
Все заканчивается здесь. Избитого тела старшего сына хватает, чтобы подать на развод — и в суд.
Все заканчивается…
***
Он больше не хочет к маме. Он может навещать, но не делает этого. Друзья забыли его за то время, что он переезжал с места на место. В школе забыли его — чтобы заново узнать, совсем не так, как ему бы того хотелось.