Несмотря на вполне благостную атмосферу, девушка чувствовала себя загнанной в угол. По мере приближения свадьбы ощущение безысходности, необратимости сгущалось внутри Марии как туман с каждым днём всё больше. Это изматывало, истощало психологически и не могло не отразиться на внешности.
Однако кое в чем Денис оказался прав. Платье действительно было прекрасным. Цвета слоновой кости, из шелковистой тафты, с лифом, расшитым тонким кружевом, и непышной юбкой, спадающей мягкими складками до пола. В свадебном наряде Маша выглядела изящной и хрупкой, как хрустальная статуэтка.
Визажист сделал девушке лёгкий макияж, подчёркивающий цвет её глаз, а парикмахер уложил волосы нежными локонами, подколов их шпильками с жемчугом.
— Ааах! Мария! Дорогая! Ты шикарна! Настоящая принцесса из сказки! – в комнату вошла Сильвия. Как и многие латиноамериканки секретарша Диего была очень эмоциональна. Та самая сногсшибательная красотка, которую Маша встретила в офисе испанца и приняла чуть ли не за любовницу своего будущего мужа, оказалась на удивление простой и доброй девушкой. Она с удовольствием помогла Марии выбрать свадебное платье и прочие необходимые для церемонии вещи. Кроме того согласилась быть подружкой невесты. С Торресом Сильвию связывали исключительно рабочие отношения.
— Ай, милая! Я сейчас расплачусь! – аргентинка часто заморгала и помахала руками на лицо, пытаясь прогнать слёзы.
Маша в очередной раз почувствовала себя обманщицей. Сильвия свято верила, что её шеф и русская женятся по любви, и находила невероятно романтичным переезд девушки на другой континент к возлюбленному. У Марии язык не поворачивался сказать аргентинке, что эта свадьба – не более, чем фарс, который зачем-то понадобился Торресу.
Диего лично принимал все решения относительно торжества. Он выбрал дату, место, составил список гостей, который состоял из его друзей и деловых партнёров. Торрес действовал с редкостным рвением и молниеносной скоростью, словно всю жизнь только и ждал возможности жениться. А Маша до сих пор не могла понять, почему он захотел в жёны именно её.
Девушка сделала глоток шампанского, надеясь, что игристый напиток успокоит нервы. Увы, облегчение не наступило. Мандраж нарастал с каждой минутой.
В дверь квартиры позвонили, и Сильвия пошла открывать. Она вернулась с небольшим свёртком в руках.
— Посыльный сказал, что это – тебе.
Маша взяла сверток и дёрнула ленту, которой он был перевязан. Внутри лежала коробочка, обитая тёмно-синим бархатом.
— Карточка выпала, — Денис поднял с пола кусочек картона. — Тут по-испански, - произнёс парень.
— Это от Диего. Свадебный подарок. Хочет, чтобы я его надела, - Мария пробежалась глазами по строчкам, написанным твёрдым мужским почерком.
Девушка открыла крышку и увидела жемчужное ожерелье и серьги-капли.
— Как трогательно! — восхищенно выдохнула Сильвия. — Никогда бы не подумала, что сеньор Торрес может быть таким романтичным! Сразу видно, он тебя очень сильно любит!
Маша посмотрела на аргентинку. Похоже, та радовалась за двоих. Если бы она только знала, что «романтичный» Торрес не побрезговал шантажом, чтобы организовать этот брак. Какая уж тут любовь!
— А вещицы-то крутые. Не какая-нибудь лажа, - Денис со знанием дела рассматривал украшения. Он изучал ювелирное дело и считал себя знатоком драгоценностей. – Давай, помогу надеть.
Мария безропотно подчинилась. Она старалась отключить эмоции, чтобы не впасть в истерику. Всё утро её наряжали, красили, причёсывали, как куклу. Так почему бы ещё не позволить надеть на себя и жемчуг?
— Великолепно! – удовлетворённо кивнул парень, застегнув застёжку ожерелья.
— Бесподобно! – вторила ему на испанском Сильвия.
Пока Маша меняла серьги с бриллиантовых гвоздиков на жемчужные капли, у аргентинки зазвонил сотовый.
— Так! Всё! Пора! Машина подъехала! – громко объявила она. – Мария, держи свой букет.
Маше резко стало нечем дышать. Руки задрожали и вспотели. Ноги отказывались слушаться и идти к выходу из квартиры. Девушка бросила затравленный взгляд на Дениса, будто друг мог спасти её.
— Машуня, всё будет хорошо,- заверил парень. – Не дрейфь!
Глава 5
Всю дорогу до ЗАГСа Маша ехала, уставившись на свой свадебный букет. Белые и лиловые орхидеи красиво переплетались, создавая изысканную композицию. Торреса нельзя было упрекнуть в отсутствии вкуса.
Когда Диего спросил, какие цветы девушка хочет видеть в букете, она лишь безразлично пожала плечами. Знал ли будущий муж, что белая орхидея символизирует чистую любовь, а лиловая – страстное желание? Два чувства, которые, по мнению Марии, не имели никакого отношения к сегодняшнему мероприятию.