Хлоя остановилась у входа в спальню и несколько раз глубоко вздохнула, приводя мысли в порядок и возвращаясь в настоящее. Затем толкнула дверь. Филипп стоял у окна и глядел на сад. Рядом с ним легонько колыхалась длинная белая полупрозрачная занавеска. Филипп обернулся, и несколько мгновений они смотрели друг на друга молча; время словно остановилось. Затем Хлоя шагнула вперед и положила свою сумку на кровать.
— Ты ушел с улицы, — улыбнувшись, сказала она. — Слишком жарко?
— Голова что-то заболела.
Филипп повернулся обратно к окну, и Хлоя заметила у него в руках стакан со спиртным.
— Рано начинаешь, — непринужденно произнесла она. — Вряд ли это пойдет на пользу твоей голове.
— Может, и нет, — безразлично отозвался Филипп.
Он даже не обернулся.
Хлою охватило разочарование. Ей хотелось встретить бурные эмоции под стать ее собственным. Поцелуй. Улыбку. Хотя бы вспышку гнева.
— Ну, как знаешь, — помолчав, сказала она. — Ладно, тогда я в душ.
— Отлично. — Филипп глотнул виски. — Во сколько ужин?
— В восемь.
— Мальчики знают?
— Они будут ужинать отдельно, — отрезала Хлоя.
Она до сих пор была очень сердита на Сэма и Ната. Ей пришлось приложить столько усилий, чтобы выговорить для них место за столом для взрослых, она рассказала Аманде, какие они уже большие, и после этого они оба с пылом заявили, что собираются чем-нибудь перекусить, сидя перед телевизором. «Мы на отдыхе», — твердили они, набивая рот чипсами и запивая колой, пока Хлоя не почувствовала, что сейчас накричит на них.
В конце концов она отказалась от попыток образумить их. Все равно, если запихать заупрямившегося Сэма за стол, можно было бы распроститься с надеждами провести вечер цивилизованно. По крайней мере, теперь ей не придется волноваться, как бы мальчики не натворили чего-нибудь за ужином.
Хлоя прошла в ванную и включила душ. Она уже совсем было собралась встать под струи воды, как вдруг вспомнила, что ее шампунь так и лежит в пакете с покупками из беспошлинных магазинов в аэропорту, рядом с чемоданом. Хлоя вышла из ванной, не потрудившись выключить душ, и остановилась в изумлении. Филипп разговаривал по телефону. Он смотрел в другую сторону и потому не заметил Хлою. По мере того как его слова доходили до ее сознания, в Хлое начал подниматься безудержный гнев.
— Так и что он сказал? — произнес Филипп. — Так я и думал. Этот департамент ни черта не соображает. — Он умолк. — Так ты говоришь, что мы просто сидим и ждем. — Он покачал головой. — Ублюдки. Ну да. Постараюсь. Мой номер у тебя есть. Спасибо, Крис. Я, пожалуй, пойду.
Филипп положил трубку, подобрал стакан с виски и повернулся. Увидев Хлою, он не смог сдержать удивления.
— Э-э… — настороженно протянул он. — Я думал, ты…
Он махнул рукой в сторону ванной.
— Какой же ты эгоист! — дрожащим голосом произнесла Хлоя. — Ты обещал, что не будешь даже думать об этом. Ты обещал! И что я обнаруживаю? Как только ты решил, что я не путаюсь под ногами…
— Вовсе нет, — запротестовал Филипп. — Я сделал всего один звонок, и все.
— Ничего и не все! — возмутилась Хлоя. — Я слышала, что ты сказал! Ты дал ему номер здешнего телефона! Мы должны были уехать прочь от этого всего, а ты дал ему номер!
— Я и уехал от всего! — воскликнул Филипп. — Я в этой долбаной Испании! Я всего лишь позвонил Крису. А он просто перезвонит мне. Ну, если что-нибудь выяснится.
Хлоя покачала головой.
— Один звонок или двадцать — какая разница? Ты просто не можешь выбросить это из головы. Всякий раз, как я гляжу на тебя, ты думаешь об этом. С тем же успехом мы могли никуда и не ехать.
— Да ты никак записалась в полицию по надзору за мыслями? — огрызнулся Филипп. — Научилась проникать ко мне в мозги? Поздравляю!
Хлоя глубоко вздохнула, пытаясь успокоиться.
— Ты должен был позабыть обо всем этом на неделю. Ты мне обещал.
— О, ну конечно же, — отозвался Филипп с ядовитым сарказмом. — Я должен был позабыть о том факте, что за эту неделю вся наша жизнь может измениться. Позабыть, что вся моя карьера висит на волоске. Позабыть, что у меня есть семья, которую надо содержать, кредит на дом, который нужно выплачивать…