Тут внимание Филиппа, погрузившегося в ленивые размышления, привлек какой-то звук. Он поднял голову и увидел, что к бассейну приближается Аманда с пачкой бумаг и мобильником в руках. Лицо у нее было обеспокоенное.
— Здравствуйте, — коротко произнесла Аманда и уселась.
— Здравствуйте, — отозвался Филипп. Некоторое время царила тишина, потом он поднял взгляд. — Хорошо ли вы провели день?
— Честно говоря, нет, — сказала Аманда. — Не день, а кошмар. Беатриса плохо себя чувствует, а Дженна во второй половине дня куда-то подевалась, как раз тогда, когда была очень нужна. И у меня настоящий кризис с моим дизайнером по цвету.
— С кем, с кем? — переспросил Филипп, слегка улыбнувшись.
— С моим дизайнером по цвету, — повторила Аманда, обратив на него ясный, лишенный тени юмора взгляд. — Которая работает у нас дома. Там очень многое нужно успеть, пока мы в отъезде.
— А! — отозвался Филипп и глотнул пива. — Понятно.
— Я позвонила ей сегодня утром, просто проверить, как идут дела. Случайно упомянула про спальню для гостей, и тут она принялась говорить про бирюзовый. Бирюзовый! — Аманда прикрыла глаза, словно была не в силах даже думать об этом. — В то время как я совершенно четко сказала, что в ту комнату нужен бледно-аквамариновый!
Она открыла глаза и посмотрела на Филиппа.
— И теперь я просто не могу быть уверена, что она не наляпала на наши стены совершенно не то! Какой-нибудь ужасный цвет. Я всю вторую половину дня пыталась связаться с ней по факсу, но она даже не потрудилась ответить.
— Я уверен, что все будет хорошо, — сказал Филипп. Он подумал мгновение и добавил: — Наверняка она использовала правильный цвет, только назвала его иначе.
Аманда с подозрением взглянула на него.
— По-вашему, бирюзовый и аквамариновый — это одно и то же?
— Ну, они довольно-таки схожи, разве нет? Для… для несведущего глаза.
— Возможно. — Аманда с силой выдохнула. — Возможно, вы правы. Но даже не потрудиться ответить на мои факсы! Это же просто вопиющая невежливость! При том что я — заказчик, я плачу деньги…
— А я даже и не знал, что здесь есть факс, — сказал Филипп, пытаясь сменить тему. — На этой вилле есть все, правда?
— Он стоит в кабинете над холлом, — сообщила Аманда. — Там устроен небольшой офис. — Она возвела глаза к небу. — На самом деле я просто поражаюсь, как это Хью еще не присвоил его.
Она улеглась в шезлонг и с минуту молчала. Потом порывисто вздохнула.
— О господи, до чего же я устала! Беатриса полночи не спала. Ее невозможно было оставить. А всю вторую половину дня пришлось просидеть на телефоне.
— А теперь ей лучше? — спросил Филипп. — Если хотите, я попробую позвонить врачу.
— О нет. — Аманда покачала головой и слабо улыбнулась. — Спасибо. Она просто вчера немного перегрелась на солнце. А сегодня еще жарче.
— Кажется, тридцать четыре градуса, — сказал Филипп. — Синоптики это называют переносом теплых воздушных масс. Хотя здесь, в горах, вроде как должно быть попрохладнее.
Он пошевелил рукой в горячем вязком воздухе.
— Сегодня было очень жарко, — пожаловалась Аманда. — Мне пришлось отправить детей в дом. — Она провела рукой по волосам. — Слава богу, есть кондиционеры. Иначе мне ни за что не удалось бы уложить Беатрису спать.
— С Натом в отпуске тоже непросто, — с сочувствием произнес Филипп. — Он подолгу не может приспособиться на новом месте.
Он взглянул на собеседницу и увидел, что та прикрыла глаза.
— Может, ваш муж подежурит сегодня ночью, — сказал Филипп. — Даст вам отдохнуть.
— Хью? — Аманда приоткрыла один глаз. — Ой, я вас умоляю! Хью и близко не подходит к детям.
— Что, в самом деле? — Филипп приподнял бровь. — Вообще?
— Он законченный трудоголик. Никогда не приходит домой раньше восьми. Я все равно что мать-одиночка.
Мобильник, который Аманда положила рядом с собой, принялся попискивать.
— А, черт! — Аманда села. — Чего им теперь еще надо?
— Может, не обращать на него внимания? — предложил Филипп, но Аманда уже нажала кнопку.
— Привет, — сказала она. — Да. Да. — Короткая пауза. — Ну, все это замечательно, но что она имеет в виду под терракотой? Да, мне хотелось бы пояснений, если это не слишком сложно.