Пробуждение 2 Испанский гамбит.
Глава 1
Сводки
Первая часть https://author.today/work/545176
Третье января тысяча девятьсот тридцать восьмого года началось со снега.
Сергей стоял у окна кабинета на Ближней даче и смотрел, как крупные хлопья ложатся на чёрные ветви деревьев. Тихо, бело, почти красиво. Если не знать, что через три с половиной года эти самые деревья будут гореть от немецких зажигательных бомб.
Он отвернулся от окна. Хватит лирики. Работа не ждёт.
На столе — три стопки папок. Слева — срочное. В центре — важное. Справа — текущее. Система, которую он выстроил за полтора года в чужом теле. Поскрёбышев ворчал поначалу, но привык. Теперь сам раскладывает по стопкам, безошибочно угадывая приоритеты.
Сергей сел в кресло, пододвинул левую стопку. Сверху — папка с красной полосой. НКВД. Он поморщился — рефлекторно, как от зубной боли.
Берия прислал очередной доклад. С тех пор как Лаврентий Павлович принял наркомат после ареста Ежова, докладов стало больше, а расстрельных списков — меньше. Пока меньше. Сергей не обольщался: Берия был умнее Ежова и опаснее. Тот действовал как бешеный пёс — кусал всех подряд. Этот — как удав. Выжидал, присматривался, копил информацию.
Сергей отложил папку НКВД в сторону. Потом. Сначала — Испания.
Вторая папка была толще. На обложке — машинописная надпись: «Сводка по Испанскому направлению. Декабрь 1937 — январь 1938. Секретно».
Он развязал тесёмки, раскрыл.
Первый лист — карта Пиренейского полуострова. Красным — территория республиканцев, синим — франкистов. Красного было меньше, чем полгода назад. Значительно меньше.
Сергей провёл пальцем по линии фронта. Север потерян полностью — Бильбао, Сантандер, Астурия. Промышленный район, шахты, порты. Теперь всё это работает на Франко.
Республиканцы удерживали центр — Мадрид, Валенсию — и кусок северо-востока с Барселоной. Два изолированных очага, связанных только морем. А на море хозяйничали итальянские подводные лодки.
Он перевернул страницу.
'Общая оценка обстановки.
Положение Испанской республики следует оценить как тяжёлое, с тенденцией к ухудшению. Потеря северных провинций лишила республиканцев значительной части промышленного потенциала и существенно сократила мобилизационную базу.
Противник имеет устойчивое превосходство в авиации (соотношение 1,5:1) и артиллерии (2:1). Превосходство в живой силе незначительно, однако качественный состав франкистских войск выше за счёт марокканских частей и иностранных контингентов (легион «Кондор», итальянский корпус)'.
Сергей хмыкнул. «Качественный состав выше». Красивые слова для простого факта: у Франко были профессиональные солдаты, а у республиканцев — вооружённые крестьяне и рабочие.
Он читал дальше.
'Республиканская армия, несмотря на значительные усилия по реорганизации, сохраняет существенные недостатки:
Отсутствие единого командования. Коммунистические, социалистические и анархистские формирования действуют несогласованно, нередко преследуя политические цели в ущерб военным. Низкий уровень подготовки командного состава. Большинство офицеров республиканской армии — выдвиженцы из рядовых, не имеющие военного образования. Проблемы с дисциплиной. Части народной милиции склонны к самовольному оставлению позиций при сильном давлении противника. Слабое взаимодействие родов войск. Пехота, танки и авиация действуют разрозненно, координация в бою практически отсутствует'.
Сергей остановился на последнем пункте. Подчеркнул карандашом. Это было важно — не только для Испании.
Взаимодействие родов войск. Проблема, которую выявили учения Киевского округа. О которой твердил Тухачевский. Которая убьёт тысячи советских солдат в сорок первом, если её не решить.
Испания была зеркалом. Неприятным, но честным.
Следующий раздел — советские потери.
'За период с начала операции (октябрь 1936) по 31 декабря 1937 года:
Погибли — 127 человек. Ранены — 283 человека. Пропали без вести — 14 человек.
Потери техники: Танки Т-26 — 83 единицы (из 347 поставленных). Самолёты И-15 — 47 единиц. Самолёты И-16 — 31 единица. Самолёты СБ — 24 единицы'.
Сто двадцать семь погибших. Сергей задержался на этой цифре.
В Сирии, в его прошлой жизни, он видел, как гибнут люди. Знал, как это выглядит, как пахнет, как звучит. Знал, что за каждой цифрой — человек. Лицо, имя, семья.
Здесь — то же самое. Только масштаб другой. И ответственность — его.
Он перевернул страницу.
'Анализ боевого применения советской техники.