При этих словах девушка печально вздохнула; забыв о некоторой размолвке, случившейся у нас десятью минутами раньше, я хотела было начать ее утешать, но подумала, что это будет выглядеть лицемерием — как-никак, наши интересы были все-таки прямо противоположны. «Что ж, — сказала я нейтральным тоном, — будем надеяться, что товар меня полностью удовлетворит; заверните вот этого». И Ипполита упаковали.
Я очень спешила с Ним домой. Хотела побыстрее вставить Его себе во влагалище; мне было ясно, что до донышка Ему никогда не достать (только если яйца отрезать и пропихнуть сантиметров на пять чем-нибудь вроде морковки), но идея перевернуть яйца и радовать ими клитор должна была компенсировать Его малый рост. Я не сразу назвала Его Ипполитом. Вначале назвала было «Коротыш». Через минуту это показалось мне оскорбительным и больше похожим на собачью кличку. Тогда я стала думать, как бы переименовать Его поудачнее. Так как в переименованиях тоже должна быть какая-то логика, первой моей мыслью, по детской ассоциации, было имя «Незнайка». Но я подумала, что это тоже не вполне уважительно. Ведь хотя этот литературный герой к концу и исправился (в идейном плане, я имею в виду), все равно осталась в нем какая-то придурковатость; во всяком случае, я бы такого в рот не взяла. «Знайка»? Это уже было почти то; ты ведь и сам у меня уж такой Знайка! Единственное, что меня удержало от этого имени — плохая сочетаемость с ласкательными частицами. Если бы просто, к примеру, Зайка, то от этого и Заюшка, и Заинька, а то и Заище. А вставили букву «н» — и все портится. Но Зайка для пениса — тоже не то. Кроликом отдает, а мне этого не хочется.
В конце концов, перебрав еще несколько разных имен, я остановилась на Ипполите. Потому что «коротыш» — по смыслу похоже на «лилипут», а «Ипполит» похоже на последнее по звучанию. И солидно, и тоже литературно, и сочетается со всем, с чем положено. Не хухры-мухры.
Как видишь, сегодня я бью все рекорды по длине своего послания, а еще должна похвалить себя за хорошую драматургию. Потому что я сейчас расскажу тебе, как испытала Ипполита, и обязательно возбужусь — таким образом мы плавно и естественно перейдем к любимому нами акту. Правда, я пока что не дала тебе шанса высказаться. Это плохо, да? Ты против? Может, ты хочешь вмешаться и дописать пьесу вместе со мной?
Ваша пьеса чудесна. Продолжайте, прошу.
Хорошо. Я продолжаю. Итак, все описанные рассуждения, т.е. поиск имени, я совершила еще по дороге домой; когда мы пришли ко мне, Он уже был Ипполитом. Однако по пути я успела не только дать Ему имя, но и сообразить одну весьма неприятную вещь. Ведь если я имела право на обмен Ипполита, значит, кто-то другой мог воспользоваться этим правом и до меня! Стало быть, Ипполит мог быть вовсе не девственником… а вдруг Он успел подцепить что-нибудь? Но не волнуйся, любимый: в силу обстоятельств, о которых я не хочу говорить, я стопроцентно умею справляться с любой такого рода инфекцией. Единственным, кто здесь пострадал, был Ипполит; вряд ли Ему понравились процедуры, которым я Его подвергла. Впрочем, ведь это всего один раз. Покончив с этим, я тщательно обтерла Его и умастила лосьоном и косметическим кремом — но только чуть-чуть, чтобы не отдавало парикмахерской.