— Завтра.
— Завтра так завтра, — развел руками Филипп.
— Шутник, — разочарованно сказала Ана. — Ну и очень даже неумно… если не сказать больше…
Филипп взял с подоконника телефон и потыкал пальцами в кнопки.
— Сашулькин! — обрадованно сказал он. — Спишь небось? Слушай, а когда ты вообще учишься? Какие каникулы? Ах, вот как… а я и забыл… Нет, не за тем. Если я скажу зачем, ты упадешь. Как же, как же, падали и с диванчиков… А ты угадай. Ну-у, это неинтересно. Это ты как-нибудь самостоятельно, лет через… А то, что решили мы с мамой сделать тебе инспекцию. Мама хотела бы завтречка… ты как — не прочь? Найдешь для нас времечко? Да, это вопрос; но раз каникулы… почему бы не проехаться по дорогам, как в старину…
Он потрепался еще пару минут в том же духе и закончил разговор. Ана набросилась на него с горячими поцелуями. Вероника почувствовала себя лишней, несчастной, брошенной, и тут же усовестилась за свой эгоизм. Ана, завершив изъявление благодарности мужу, вспомнила о ней, глянула в ее сторону и тепло улыбнулась. Что ж, подумала Вероника, разлук в жизни не избежать… Как это романтично — разлука! тоска! Успела бы только Зайка поговорить с Мариной… конечно, успеет: не будет же она без Марины собираться в путешествие.
— Все же, — полюбопытствовала Ана, — на сколько?
— Это нужно подумать, — сказал Филипп.
— Ты меня когда-нибудь точно с ума сведешь.
— Кстати, сегодня в киоске видел книжку под названием «Как свести с ума свою любовницу». Я спросил, нет ли про жену, а они говорят — кончились…
— То есть, ты не знаешь, на сколько мы поедем?
— Но должен же я был вначале согласовать с тобой в принципе! Мало ли что — вдруг бы ты отказалась… оказалась бы занятой, а то и просто сказалась больной…
— Смотри, — пригрозила Ана, — снова получишь.
— Молчу, — поднял руки Филипп.
Трое приступили к обеду.
«БМВ», скорость, вялое солнышко. Заднее сиденье. «Какой прекрасный нам предстоит маршрут! У меня была мысль повторить тот, девяносто второго года; но потом я подумал — еще столько мест, где нас не было! Смотри: Сарагоса, Теруэль… Тебе нравится слово «Теруэль»? Как звезда, верно? Обрати внимание: во всех гостиницах по два номера. Сашка вечно ноет, что не даем смотреть ящик до утра — вот и пусть смотрит… А мы тем временем как-нибудь в натуре… на своей matrimonial… Ух, берегись! Спрячь ваучер; пусть вообще документы будут у тебя — кто у нас говорит по-испански?»
Снег, брызги из-под колес, веселое мельтешение за окном… Любимая рука на любимом месте. Кажется, на этой бензоколонке раньше было написано «Колеров» — развели парнишку? надо бы спросить у Бориса, что там произошло… Чемоданы, люди, собаки, стены из стекла. «Подержи мой паспорт, дорогая».
Трель. «Да, да. Да. Что-о? Но это невозможно, я уже в очереди на таможню. Отдайте Гонсалесу. Как не получается? Это невозможно! Соедините меня с ним».
Обеспокоенные глаза. Тревожные глаза, такие любимые. «Давай отойдем на минутку. Нет, лучше ты стой, а я сейчас… здесь неудобно; кажется, я сейчас немножко повыражаюсь. Нужно некоторым вправить мозги…» О Боже. Как все-таки гнусно. В каком я дерьме. Вот она стоит… такая маленькая, милая, беззащитная… понимает или нет? А главное, полетит или нет? Сашка, небось, сейчас крутится, тортик печет… неужели обломит ребенка?
«Зайка, нам нужно поговорить. У меня лажа. Это буквально пара дней; они без меня не справятся. Там авария, понимаешь? Да, если бы сел… но я еще не сел, и слава Богу. Зайка, не глупи. Ну не делай ты, ради Бога, из всего трагедию! Я не могу… слышишь? Не могу! А как же ваучер? как же ребенок? Зайка, все твое в этом чемодане; давай переложим… да не надо ничего перекладывать! Лети с этим, езжайте себе в Сарагосу… жаль, черт, Сарагосу не посмотрю; но к Теруэлю уж точно буду на месте, с вещами. Правда! Кто врет? Я вру? Вот те крест! Ладно, давай так: ты полетишь, а если не понравится, сразу вернешься. Что напоминает? Почему напоминает? Дурацкие какие-то разговоры. Зайка, ну почему ты такая? Ну За-а-айка… Вот умничка… Вот молодец. Я знал, что ты… э-э… А вот этого не надо! Держи платочек. Слушай, давай ты поплачешь в воздухе, а? Регистрация заканчивается. Как я тебя люблю! Боже, как я тебя… Зайка, пока. Зайка, целую. Сразу же позвони. Зайка! Возьми-ка мой сотовый. Ну как не мой? чей же еще? Ты просто не видела, это другой стандарт, я его редко… мы что, сейчас будем о телефонах? Номер там, внутри. Бери, говорю; в любой момент буду рядом с вами. Да по нему звонят только в экстренных случаях! Ну, позвонят, так и скажешь: нет его, нет. Все, Зайка. Извините, сейчас очередь дамы. Эй! Зайка! Мой паспорт на всякий случай отдай. Да, у тебя. Куда вы лезете? Вы что, не видите? стоит чемодан. Все, все. Зайка, я здесь. Конечно, я здесь — вдруг еще рейс отменят?»