Она открыла окно и перегнулась через подоконник. Внизу, под тонкой березкой, стоял Корней и, задрав голову, строил ей рожи.
– Эй, – сказал он, – я нашел тебя. Я все знаю.
– Зачем ты пришел? – спросила Марина. – У нас нет никаких общих дел; я занята и не хочу с тобой разговаривать. Уходи.
– Я хочу, чтобы ты вернулась ко мне.
Кровь бросилась ей в голову.
– К тебе? – гневно переспросила она. – К тебе, который предал меня? Который подбил правоохрану на секретное распоряжение? Убийца!
– Все наоборот, я пытался спасти Его! Если бы Его отпустили раньше… это все равно бы произошло…
– Как знать, – горько сказала она.
– Это произошло бы, – убедительным тоном повторил Корней. – Он все время был болен.
– Не смей говорить мне об этом! – вспылила она опять. – Ты все время знал это… ты все мне врал! Все эти якобы подстроенные тобой экспертизы… Ты просто хотел меня удержать; ты обманывал меня так же, как и Семенов. Вы оба одинаково использовали меня, только он для карьеры, а ты – для собственного удовольствия.
– Я люблю тебя.
– А я тебя – нет. Уходи.
– Это несправедливо, – сказал он, – разве нам с тобой было плохо?
Теплый вечерний воздух разносил их голоса далеко вокруг. Все общежитие, не занятое чем-то особенным, притихло и внимательно прислушивалось к их разговору.
– Все прошло, – сказала она.
– Но ты тоже пыталась меня обмануть, – обратился он, видно, к последнему аргументу, – перед тем, как ушла от меня… думаешь, я не знаю, что ты готовила тайный побег?
– Ты следил за мной, – сказала она с отвращением. – Подонок!
– Я оберегал тебя, – сказал он, – тебя и Его, вас обоих. Вам не удалось бы сесть на поезд тем вечером.
Она заплакала.
– Позволь, – попросил Корней, – я поднимусь и осушу твои слезы.
– Зачем, – плача, сказала она, – я не хочу опять в прошлое… Зачем ты пришел? Ты знал, что я не приму тебя… Уходи, прошу. Мы не можем быть вместе.
– Почему?
– Потому что твой Царь слаб. Потому что ты раб своего змея.
– Я сделаю, как ты скажешь! – крикнул Корней. – Я укрощу змея, правда… но я должен сломать тебе целку! Только сделаю это – и сразу же укрощу!
Воздух взорвался свистом и гиканьем.
– Молодой человек, – кричали Корнею из разных окон, – вы пошляк! Как можно? Уходите отсюда немедленно!
– Подруга, – кричали ей с верхних этажей, – пошли его на х--!
– Мариша, – предложил сосед снизу, здоровенный медбрат, – хочешь, я сейчас выйду и покажу ему, где раки зимуют? Только скажи!
– Ты видишь, Корней, – сказала Марина. – Я другая. У меня другая жизнь. У меня много друзей, так что уходи подобру-поздорову.
– Ладно же, – сказал Корней, – я уйду… но я еще вернусь!
– Не надо, – тихо сказала Марина.
Вечер был безнадежно испорчен и потерян для исследований. Одетая, она лежала в темноте и думала про Корнея. Если членский билет коллегии не поддельный, значит, ему удалось вернуться в Москву. Значит, он так и будет теперь доставать ее время от времени.
Но этот мрачный прогноз оправдался лишь раз. Это случилось буквально на следующий же вечер. Вечер был так же тепл и спокоен; она снова анализировала данные, и снова камешек снизу резко щелкнул в стекло.
Марина вздохнула и высунулась.
– Опять ты… Ну зачем?
Он был еще не настолько пьян, как накануне, но зато держал бутылку в руке. Он размахивал этой бутылкой и прихлебывал из нее время от времени.
– Марина… я не все тебе рассказал…
– Что еще? – спросила она с досадой.
– Это касается Ольги – помнишь? Я рассказал тебе, как было у нас с ней. Но у нее были собственные ее рассказы, и весьма неординарные… Два из них глубоко врезались мне в память… вот послушай… это обязательно должно тебя заинтересовать…
– Корней, – попросила она, – уходи… мне это не интересно…
– А по-моему, пусть бы рассказал, – послышался тоненький голосок с верхнего этажа. – Похоже, сегодня он ведет себя гораздо приличнее; отчего его не послушать?
– Это было между моими поездками, связанными все с тем же делом, – начал Корней, вдохновленный нежданой поддержкой. – Я только-только вернулся из очередной такой поездки и намеревался обсудить с Ольгой ее результаты. Человек, к которому я ездил, управлял одним из подпольных Ольгиных производств. Я должен был снабдить его информацией о якобы связи этого производства с крупной организацией ветеранов афганской войны. Нет нужды говорить, что организация эта, злоупотреблявшая правительственными льготами, уже была накануне разгрома; также ясно, что информация была сфабрикована мною и Ольгой и предназначалась для следствия, уже начатого в отношении подпольного производства и его управляющего.