– Понятия не имею, – сказал Вальд. – Он не наш.
– Пусть его зовут Ники, – распорядилась Сэнди, – и забудьте, что он не ваш. Если вам покажется, будто вы сказали что-то смешное, не стесняйтесь смеяться – мы уж поддержим вас так, что только судья не расхохочется. Вам все ясно?
– Да, мэм.
– Не называйте меня «мэм».
– О’кей, Сэнди.
– Расслабьтесь, для волнения нет резона: из ваших ответов будут выбраны только самые удачные, секунд на двадцать пять; и вообще мы смонтируем все в лучшем виде. Вопросы есть?
– Нет.
– Прекрасно. Советы окончены. Вальдемар, приготовиться к записи. Даю обратный отсчет: три, два, один… Hi, Вальдемар! – бодро сказала Сэнди.
– Hi! – сказал Вальд.
– Куда вы летите?
– В Лас-Вегас, Невада.
– Как драматично! Неужели вы надеетесь долететь без единой посадки?
– Все в руках Господа.
– Стоп, еще раз; ваша реплика не должна побуждать атеистов переключить канал. Как драматично! Неужели вы надеетесь долететь без единой посадки?
– Мы просто уверены в этом.
– Тогда вы летите в нужное место – в страну уверенных в себе мужчин… – Сэнди хихикнула. Вальд громко рассмеялся, не поняв почему, но почувствовав, что так надо. Венди показала большой палец, и Вальд обрадовался, что угадал.
– Является ли ваш полет формой протеста?
– Отнюдь.
– Какова, в таком случае, его цель?
– Чисто развлекательная. Хотим вдохнуть свежего воздуха и выиграть в казино доллар-другой.
– Здорово! Мы присоединимся к вам в Вегасе. А что за надписи на вашем воздушном шаре?
– Это названия спонсоров полета – крупных операторов российского рынка.
– Вы считаете, в условиях экономического кризиса в России этим корпорациям можно доверять?
– На все сто! – сказал Вальд, сложил пальцы колечком и выразительно потряс ими в воздухе.
– Представьте нам вашу маленькую птичку.
– Это Ники. Ники, улыбнись…
– Хороший, хороший Ники… Что он делает в полете?
– Жрет концентрированную люцерну, – ухмыльнулся Вальд, подумал, не посмеяться ли, решил, что это будет некстати, и добавил: – А вообще-то это наш талисман.
Возникла небольшая пауза. Сэнди и Венди негромко посоветовались.
– Исключите люцерну, – попросила Сэнди. – Хороший, хороший Ники… Что он делает в полете?
– Это наш любимый талисман!
– Это утерянная историческая традиция, – встрял снизу Сид. – Знаете, кто первым в истории поднялся на воздушном шаре?
– Монгольфье?
– Овца, петух и утка. Это было в 1783 году.
– Вот оно что… А когда полетел первый страус?
– Первый – наш, – твердо сказал Вальд.
– Ну и ну! – воскликнула Сэнди. – Спасибо… Увидимся позже, Вальдемар.
– Отлично, Вальдемар, – сказала Венди, – вы прирожденный шоумен. Сид, приготовиться. Начали!
– Сид, – громко спросила Сэнди, – это правда, что вас хорошо знают в Европе?
– Не только в Европе, – гордо сказал Сид, – на островах тоже. Я международная звезда.
– Что ж, – не без иронии сказала Сэнди, – я надеюсь, что вы станете звездой в Штатах тоже.
– Спасибо, мэм.
– Стоп! Я просила не называть меня «мэм». Я надеюсь, что вы станете звездой в Штатах тоже.
– Спасибо, мисс… Постараюсь полностью оправдать ваши надежды!
– Как долго вы готовили полет?
– Мы его не готовили. Обратите внимание, это первый в мире полет, начавшийся вообще без подготовки.
– Неужели? Это звучит невероятно! А почему вы летите на крыше вашего автомобиля?
– Это не мой. Я просто хотел…
– Правда ли, что вы первый в мире человек, который путешествует на воздушном шаре вместе со своим автомобилем?
– Нет. В 1986 году, во время фестиваля…
– Зачем вы взяли в полет свой автомобиль?
– Чтобы не пользоваться услугами рент-а-кара.
– Отличная идея! А почему вы летите на его крыше?
– Спросите об этом лучше у нашего страуса!
Раздался дружный смех – как по команде.
– Сид, вы загадочный человек, – сказала Сэнди, отсмеявшись. – Что вы думаете о Монике Левински?
– Лично вы мне нравитесь больше.
– Вы хотите сказать, что у президента Клинтона плохой вкус?
– Вовсе нет; просто он не был знаком с вами.
Сэнди опять покатилась со смеху. Вальду показалось, что этот смех – уже не для передачи.