– Разумная предусмотрительность, – похвалил мистер Y. – Думаю, при наличии указанного обстоятельства вопрос может быть решен в вашу пользу.
Вальд послюнил и поднял вверх палец.
– Черт возьми, ни ветерка, – сказал он. – Я думаю, есть смысл стартовать вечером. Назначьте вертолет на восемь; если повезет, к утру будем в Вегасе.
– О’кей.
Мистер Z занес данные в свой блокнот, сверился с хронометром и сказал:
– Эвакуационная команда прибудет через час.
– Что ж, – притворно вздохнул Вальд. – А можно еще один вопрос?
– Валяйте.
– Кто эти мои таинственные доброжелатели?
Чиновники переглянулись в последний раз.
– Этот вопрос, – сказал мистер Y, – выходит за пределы нашей компетенции.
– А какая вам разница? – спросил мистер Z.
– И впрямь, никакой, – согласился Вальд. – Спасибо за все, джентльмены! Было очень приятно с вами познакомиться.
– Взаимно, мистер П.
Чиновники повернулись и пошли прочь.
Глядя им вслед, Вальд вспомнил о странном случае, имевшем место после первого интервью – том самом загадочном происшествии, в котором он даже Сиду не решился признаться. Уж не в нем ли таился секрет неизвестного доброжелателя? Сходится, нет? Не понять…
Вальд стоял и смотрел на две уменьшающиеся фигурки, пока они не скрылись посреди кактусов. Потом он хлопнул себя по лбу и кинулся будить Сида.
– Нет, вы слышали? – сказала Ана. – Зря наши ноженьки исходили столько пассажей! Вальд Примаковский достиг таких успехов в Америке, что здесь они за ненадобностью отменили все свои пышные торжества.
– Как? – ахнула Вероника. – Все-все?
– Ну, почти. Осталось какое-то скромное мероприятие в «Империале».
– Ага. Но даже и для него…
– Это не то, что ты думаешь, – покачала Ана головой. – Фил специально предупредил меня, чтобы я выглядела подчеркнуто демократично.
Вероника оскорбленно хмыкнула.
– У меня есть идея, – сказала Ана. – Почему бы мне не одеться по-молодежному?
– Что ты имеешь в виду?
– В черную кожу, со всякими блестящими штуками… Это будет и подчеркнуто, и демократично.
– Зайка, ты гений, – восхитилась Вероника. – Что значит нестандартное мышление! Только вот…
– Что?
– Где мы возьмем нужный прикид?
– Я думала, в тех же пассажах…
– Не скажи. Я невзначай там посматривала туда, сюда; обратила внимание и на кожу. Видно, до кризиса все путевое раскупили, а новых поставок нет – в результате ассортимент скуден, модели претенциозны, да и вообще все это с Малой Арнаутской улицы. Ты уже не в Барселоне, подружка.
– Ты права, – со вздохом признала Ана.
Подруги задумались.
– Простите, – неожиданно спросила Марина, – правильно ли я поняла, что вы бы хотели купить молодежное кожаное изделие?
– Да, только импортное и приличное.
– Видите ли, у меня есть одна знакомая, – сообщила Марина, – она челнок, возит кожу из Турции.
– Из самой Турции? – удивилась Ана.
– Вот это да! – расширила глаза Вероника.
Они переглянулись с видом благоговения.
– Вот, оказывается, в чем зарыта собака! – сказала Вероника, постучала себя пальцем по лбу, а потом подняла его вверх. – Из Турции! ну конечно же! Правда, не знаю как насчет подчеркнуто, но уж насчет демократично…
– Да, – потрясенно отозвалась Ана. – Как же мы раньше-то не доперли?
Марина немного помолчала.
– Думаю, в основном это дешевенькие плащи и куртки, то есть товары для массового потребителя, – продолжала она затем как ни в чем ни бывало, будто бы и не замечая неприкрытой и даже где-то оскорбительной иронии старших собеседниц. – Ясно, что это не про вас, Госпожа. Но может ведь быть, что наряду с этим ширпотребом… скажем, для определенного круга заказчиков… она возит те самые вещи, которые вам нужны; а не возит она, так возят какие-нибудь ее коллеги. Я бы даже больше сказала: в дорогих салонах вовсе не настоящие демократические изделия, а так… авторские идеи, неизвестно еще удачные или нет; челноки же, если такое возят вообще, уж будьте уверены – именно то, в чем ходят на дискотеки.
Ана и Вероника опять переглянулись.
– Извини, – сказала Госпожа. – Мы действительно не подумали о таком варианте. Ты не могла бы узнать?
– Сию же минуту.
Марина подошла и телефону и набрала номер, все еще живший в памяти ее пальцев. Голос, ответивший ей, принадлежал Котику. И то неплохо, подумала она.