– Вот как, – тревожно прошептал Игорь.
– Мне передали конверт. В нем было то, что он успел нарисовать, с подробными комментариями и просьбой выучить это наизусть и затем уничтожить. Я так и сделала. Уча, я с радостным удивлением обнаружила несколько знакомых мест – ты меня понимаешь… Честно говоря, по ходу его рассказа я не очень-то верила ему; все это казалось мне, если попросту, бредом сивой кобылы.
– Да, – сказал царевич, думая о том, что он и сам не так давно оглядывал корыто в полной уверенности, что Мария тронулась от горя.
– Но когда я увидела эти места… сопоставила их с известным мне ранее… Надо же! – воскликнула Мария. – Все это было лишь сутки назад! а мне кажется, прошла целая вечность… Ну, а дальше тебе все известно; как видишь, у меня нет никаких тайн от тебя.
– Действительно, – сказал Игорь. – Как все просто! Даже досада какая-то. Ты никогда это не испытывала? Когда сталкиваешься с тайной, она прямо манит тебя… скажем, как кролик удава, то есть наоборот… А когда все раскрывается, думаешь: ну и что?
– По-твоему, – спросила Мария, – лучше бы тайны не раскрывались?
– Я так не сказал, – осторожно ответил Игорь. – Я просто размышляю о глупой человеческой повадке.
– Это далеко не единственная из человеческих повадок, – заметила Мария, – и уж наверняка не самая глупая. А скажи, Игорек… я все хотела тебя спросить, но как-то не получалось… Помнишь, при нашей первой встрече? Ты сказал – тебе кажется, что вокруг другая, ненастоящая жизнь… а на самом деле…
– Я помню, – сказал Игорь.
– Так вот: не казалось ли тебе, когда ты был…
Мария запнулась.
– Ты хотела сказать «когда был царевичем», – ухмыльнулся отрок, – а потом подумала, почему «был»… ведь я и сейчас вроде как царевич…
Мария пристыженно молчала.
– Я понял твой вопрос, – сказал Игорь. – И правда, надо же нам когда-то об этом поговорить; чем дольше будем молчать, тем будет хуже. Почему не сейчас? Давай я отвечу тебе в манере князя Георгия, то есть когда задаешь ему один вопрос, а на самом деле за ним прячется что-то еще; так он будто слышит все эти вопросы и отвечает сразу на все. Мария, Мария… какого человека мы потеряли!
Мария нашла руку царевича своей рукою и прижалась к нему, ощущая, что в этот момент он главнее ее.
– Но что поделаешь, – с досадой сказал он. – Итак, отвечая на твой первый вопрос, скажу: да, все это время я был уверен, что это и есть моя настоящая жизнь. А знаешь когда я поверил в это? – Он оживился. – Сейчас я скажу тебе странное. Я поверил в это в тот самый момент, когда спросил тебя: «Может, ты знаешь?» А ты ответила, кривляясь: «Может, и знаю… Не все тебе меня удивлять».
– Ну, здесь ты подзагнул, – сказала Мария. – В тот самый момент! Да мне пришлось тебя чуть ли не упрашивать поехать со мной, заманивать подземельями.
– Это я делал вид, – сказал царевич. – Чтоб ты знала, я сам себя забоялся. Вот, подумал я, сейчас это откроется. А что откроется-то? Может, что-нибудь совсем неинтересное – нужно ли такое открывать? Может, лучше пусть так и останется тайной? Вот потому я и тянул с ответом, а чтоб ты не догадалась, прикинулся дурачком.
– Ах, Игорь! – сказала Мария. – Как мы с тобой похожи! Сколько раз в моей жизни мне приходилось прикидываться дурочкой!
– Знаю, – сказал он, – потому мы с тобой и друзья… Но давай я отвечу и на другие вопросы, чтоб потом не возвращаться к этому; раз мы с тобой говорим начистоту, признаюсь тебе; не уверен я, хватит ли мне духу признаться в этом назавтра. Здесь, в туннеле, просто все как-то помогает быть откровенными…
Да и слишком мы оба потрясены, подумала Мария. В такие минуты сердца человеческие рвутся навстречу друг другу; затем наступают дни, и сердца вновь отдаляются.
– Не знаю, как быть сейчас, – продолжал меж тем Игорь. – Считаться ли дальше царевичем, нет ли? Если это был сон, значит, нужно бы пробудиться; а если наоборот (как я и думал), значит, нужно опять засыпать. А вместе с тем – если уж до конца! – еще час назад я знал, что это – настоящее, а сейчас я точно уже не знаю; это могло бы быть еще одной жизнью, не такой, какой я жил до того, но все равно не такой, какая должна бы… ну, в общем, еще одним сном. Другим, но все-таки сном.
– Понимаю, – сказала Мария. – Меня иногда тоже посещают подобные мысли. Например, что нас ждет там, на другом конце этого пути? Я не знаю…
– Как? – удивился Игорь. – Разве не станция?
– Я не об этом говорю.
Игорь помолчал.
– Как ты думаешь, – спросил он, – где мы сейчас? я имею в виду, географически?