Диана
Нет, Теодоро. Знайте твердо:
Марселы больше быть не может.
Бросайте взор, куда угодно,
Но только не сюда. Марсела
К вам не вернется.
Теодоро
Не вернется?
Иль ваша милость пожелает
Остановить своею волей
Любовь Марселы и мою?
Или я должен, вам в угоду,
Пленяться тем, что мне противно,
И подчинять мой вкус чужому?
Нет, я Марселу обожаю,
Она — меня, и нет позора
В такой любви.
Диана
Мошенник, дрянь!
Я бы должна убить такого!
Теодоро
Но что вы делаете? Что вы?
Диана
Я негодяю и пройдохе
Даю пощечины.
Явление двадцать восьмое
Федерико, Фабьо. Те же.
Фабьо (тихо к Федерико)
Постойте.
Федерико
Да, Фабьо, подождем немного.
Хоть лучше, может быть, войти.
Сеньора, что это такое?
Диана
Так, ничего; дурные слуги
Встречаются во всяком доме.
Федерико
Скажите мне, быть может, вам
Угодно что-нибудь?
Диана
Угодно
Вам кое-что порассказать.
Федерико
Вы бы охотнее, быть может,
Другое время предпочли?
Диана
Зачем? Не будем ждать другого.
Вы не смущайтесь пустяками.
Пройдем ко мне; я вам открою
Кой-что касательно маркиза.
(Уходит.)
Явление двадцать девятое
Федерико, Фабьо, Теодоро.
Федерико (тихо к Фабьо)
Послушай…
Фабьо
Я, сеньор.
Федерико
Похоже,
Я бы сказал, что эта ярость
Таит совсем другое что-то.
Фабьо
Сказать по совести, не знаю.
А только я дивлюсь, ей-богу,
Что Теодоро так досталось.
Ведь никогда еще сеньора
Себя так круто не вела.
Федерико
Платок весь перепачкан кровью.
Уходят Федерико и Фабьо.
Явление тридцатое
Теодоро.
Теодоро
Нет, если это не любовь, то как
Назвать такой поступок своенравный?
Пошел от фурий род Бельфлоров славный,
Когда их дамы любят нас вот так.
И если знатность наслажденьям враг,
Которые и для неравных равны,
Зачем же суд творить самоуправный
И на любимых заносить кулак?
Ну, что ж, убей! Покорствуя уроку,
Я бы хотел хоть кончик ноготка
Поцеловать карающему року.
Но если ты, прелестная рука,
Бьешь только для того, чтоб тронуть щеку, —
Тебе одной твоя любовь сладка.
Явление тридцать первое
Тристан, Теодоро.