***
Яну Николаевичу и его спутнице пришлось обнести не только лабораторию сорбоннского университета, но и парижский институт молекулярной химии, национальный научно-исследовательский центр, какой-то детский кружок на базе гимназии, где, кстати, до сих пор дежурил довольно бодрый вахтер, и два магазина, один с реактивами, а второй - посвященный рукоделию. - Вы не знали, что с помощью плавиковой кислоты можно рисовать на стекле? Ну, например, делать поздравительные надписи на посуде. Чем не хобби? - Лулу послала очаровательную улыбку пассажиру на переднем сиденье, но тот сосредоточенно смотрел на дорогу. - Не знал, - честно признался детектив. В ночном небе замигали далекие красные огоньки самолета и Зяблицев, преодолевая усиливающуюся боль в затылке, спросил у физика не входит ли аэропорт в зону поражения. Француженка тоже скорчилась и в знак отрицания мотнула головой. - Плохо, - уныло констатировал детектив, не в силах развернуто установить цепочку столь трагического настроя. Значит в диспетчерских отзываются и принимают рейсы, ничего не подозревающие пассажиры вываливаются на улицы города, подхватывают апатию или ничем не обоснованную панику и оседают на окраинах. Остается только радоваться за тех, кто наоборот, покидает Орли, устремляясь в небо внутри стальных птиц. - Тоже хотели бы улететь? - вдруг спросила девушка. - Хотел бы чтобы все улетели. Сгрузились со своими семьями, собаками, кошками, хомячками, но без аквариумных рыбок, разумеется, и навсегда покинули этот проклятый город, - вздохнул сыщик. - Париж не так уж плох и, определенно, стоит того, чтобы его спасать. Мы обязательно во всем разберемся, - подбодрила его Лулу. Парадный вход в отель оказался заперт, а таинственный ключник даже не счел нужным оставить табличку с информацией для постояльцев. Безуспешно подергав двери, они обошли здание и уперлись в такой же закрытый вход для сотрудников. Плюсов в этой ситуации было два - никто не помешает им варварски изничтожить имущество гостиницы, а безглазое существо, без разбору жрущее чужие отражения, не вырвется наружу, раз уж оба выхода из здания заблокированы. Но был и существенный минус - забираться внутрь работникам скрытой охраны общественного порядка придется через окно. И вот, размозжив стеклопакет валявшимся в ближайшей клумбе кирпичом, Ян сбил торчащие из рамы осколки, предварительно обмотав руку пиджаком, подсадил даму, а затем влез сам. В процессе помянул уголовный кодекс, свой образ интеллигентного человека и законопослушного гражданина, безнадежно испорченный предмет одежды, и в конце беззвучно добавил где он это все вертел. В помещении было темно, ощупывая стены в поисках выключателя или, хотя бы, дверной ручки, сыщик неловко коснулся руки спутницы и одернул ладонь так быстро, словно его ударило током. - Я не кусаюсь, - огрызнулась Лулу и включила свет. - Прежде чем мы выйдем отсюда, хотел бы напомнить, что там, - Зяблицев неопределенно махнул в сторону двери, - бродит голодное зазеркальное чудовище. Есть значительный риск, что вы больше никогда не увидите свое лицо. - Переживу, - раздраженно буркнула Нуаре де Поль и, включив камеру на телефоне в режиме постоянной вспышки, решительно дернула за ручку. Опасливо поглядывая на экран, коллеги пересекли холл, вплотную подойдя к центральному входу. Ян Николаевич бегло осмотрел замки и повернул защелку. Страх запертых дверей все еще преследовал его после вечности, проведенной в лифте, поэтому распахнув створки, он почувствовал себя не меньше чем победителем всех закрытых дверей в мире. - Позвоните отцу. Я пробовал дозвониться ему из агентства, но он, видимо, еще штурмовал клинику на Сите, - сыщик разгружал фургон, педантично складывая в ряд ворованные реактивы. Лулу стояла к детективу спиной, беспорядочно водила смартфоном и с напряжением вглядывалась в дисплей. - Недоступен, - с плохо скрываемым беспокойством сообщила девушка, оглядываясь на коллегу. На краешке неба уже забрезжили первые красные лучи рассвета, а это означало что шеф бродил в стофунтовом костюме по сравнительно небольшому району всю ночь. Либо, что гораздо вероятнее, с ним что-то произошло и вряд ли хорошее. Стараясь реже смотреть в заблестевшие глаза мадам Нуаре де Поль, Зяблицев ускорился. Он хорошо помнил наставления заказчика: нельзя заглядывать в каждое окно, за которым случилась беда, иначе она погребет и тебя, способного решить проблему глобально и разом. Ян почти не сомневался, что мистер Рю угодил в прореху в спальне мсье Бутена из дома напротив. Также он был уверен, что у врача нет шансов прожить и минуты на той стороне без дополнительной защиты. А поскольку прошли уже сутки, сыщик имел все основания считать Бао Кана мертвым уже тысячу четыреста тридцать девять минут и никакое пресловутое заглядывание в окна уже не поможет. Почти то же самое он мог сказать и о Фабьене, пока неумолимый бег времени не докажет обратное. Тем не менее, Ян не спешил озвучивать свои выводы, прямо сейчас он должен был уничтожить долбанное зеркало. Когда детектив перетаскал нехилые запасы плавиковой кислоты под дверь своего номера, уже окончательно рассвело. Лулу шмыгала распухшим носом, но послушно продолжала сканировать коридоры отеля на предмет невидимых монстров, лишь иногда тщетно пытаясь дозвониться отцу. В номер они ворвались в духе лучших антитеррористических спецопераций, правда, вместо автоматов, с одним единственным телефоном наперевес. Зяблицев негромко, но сердито ругнулся, когда девушка, пожимая плечами, сообщила что никого не видит. На самом деле, вся эта история все еще напоминала большую дурацкую шутку, поэтому Ян в тот момент глубоко зауважал мадам Нуаре де Поль. За проявленное доверие и умение сохранять серьезность в, казалось бы, нелепой ситуации. Последнее выглядело особенно выгодно на фоне остальных сотрудников агентства, эти ребята ни за что не упустили бы шанса посмеяться над бестолковостью приезжего детектива. Ну, может, кроме Гайвеллиуса Лурье, с которым сыщик не хотел бы находиться в полевых условиях, даже теоретически. Инженер вполне способен не заметить огромное уродливое чудовище, стоящее в полный рост в центре комнаты, а то и вовсе вероломно отправиться на поиски кухни, ибо война войной, а я уже целых пять минут булочек не нюхал. Примерно так рассуждал Зяблицев, наполняя ванну раствором фтороводорода. Когда вверх поплыли первые густые клубки пара, москвич понял почему физик настояла на надевании костюмов химзащиты и снова поблагодарил судьбу за то что с ним не растяпа Лурье. Втащить в санузел полноразмерное зеркало с массивной оправой оказалось более сложной задачей, тем более сразу после незапланированных погрузочно-разгрузочных работ, но тут на помощь пришла Лулу со своей необъяснимой, совершенно не вяжущейся с обликом миловидной француженки, силищей. Перехватила поперек и, почти вырвав ношу из рук Яна Николаевича, протиснулась в ванную бочком. При том что рама возвышалась над ней не ниже чем на две головы. Сыщик всего на секунду замялся, прежде чем закрыть за собой дверь. С одной стороны, он все еще боялся закрытых помещений, а с другой - провести вечность с симпатичной девушкой выглядело не таким уж плохим событием. Впрочем, рисковать ее отражением, да и чьим-либо еще, Зяблицев тоже не собирался, а потому решительно взялся за ручку. В этот момент штатный физик как раз начала аккуратно погружать злополучный предмет интерьера в кислотный раствор, по ванной разнеслось бульканье и характерное шипение. Но сквозь эти звуки пробивалось еще что-то, едва уловимое. Детектив захлопнул дверь с другой стороны и рванул к окну. Недалеко от крыльца, полулежа на асфальте, крючилось странное существо. Оно было похоже на нечто механическое, вроде человекоподобного робота. Пыталось встать, но тут же с размахом падало на землю, скребя металлическими частями о каменную поверхность. Именно это и услышал востроухий сыщик. Приглядевшись, он заметил насколько неестественными были движения пришельца - его словно трясла огромная невидимая лапища, то подбрасывая в воздух, то прижимая к мостовой, мотала из стороны в сторону как невоспитанный Тузик многострадальную грелку. Ян стянул противогаз и на бегу крикнул напарнице чтобы не выходила из комнаты. А оказавшись на улице, понял что его смутило на самом деле. Чертов шумозащитный костюм, изобретение господина Лурье, выглядящее как экспонат музея мусора или шедевр современного искусства, вот что это было, а вовсе не инопланетный робот. Мсье Фабьена по-прежнему таскало по асфальту, но он уже и не пробовал подняться. Звукоизоляционный наряд в районе плеча выглядывал всем своим нехитрым содержимым наружу, и это содержимое было подозрительно красным. Зяблицев попытался помочь шефу встать, но неведомая сила, словно играя с москвичом в перетягивание каната, вырывала товарища из рук и снова швыряла на землю. Сыщик вплотную подогнал фургон и на избытке адреналина втащил брыкающегося, как заправская лошадь, заказчика в кузов. Затем быстро запер створки, чтобы тот не выв