Когда закончились восклицания, междометия и улыбки, Кристина спросила: надолго ли Максим прибыл. Пришлось ответить, что ненадолго и он сейчас всё объяснит. За столом в светлой комнате они, наконец, смогли вволю поговорить. Ведь они так долго не виделись. Кристина отдала ребёнка нянькам и приготовилась слушать. Максим театрально встал и произнёс:
Меня не было так долго, потому что я выяснял, что происходит. Так вот, наш мир гибнет. Умер Смотрящий, а оказывается, что именно он удерживал нашу цивилизацию на краю пропасти. Теперь все местные животные и насекомые хлынут сюда, их ничто не сдерживает. Ты помнишь, что половина колонистов вымерли именно от всей этой гадости. Смотрящий делал расчёты, в любом случае человечество погибает. Тогда он успел открыть портал в иной мир на планету похожую на Флору. Портал будет держаться год, и у нас есть это время, чтобы эвакуироваться туда. Планета похожа на Флору и на Землю и там нет вредных животных, насекомых, растений. Там уже сто лет живёт около ста колонистов и это проверено. Так что вам надо приготовится: прилетит десантный корабль и всех вас заберёт. Мы даже не знаем наша ли это вселенная, но она подходит людям.
Кристина подняла глаза и сказала:
Ты что говоришь? Мы должны всё бросить и куда-то ехать? А ты понимаешь, сколько лет люди копили имущество и обустраивались? А теперь они должны всё бросить и уезжать неизвестно куда, даже не в свою вселенную. Неужели ты думаешь, что они поверят тебе и всё бросят из-за каких-то слов, пусть даже и убедительных. А мы, знаешь, сколько мы вложили в этот замок труда и денег? Ты - сумасшедший, если думаешь увезти на другую планету население этой.
Максим, не ожидавший отпора, ответил:
Ты нашла наше самое слабое место. Оно в том, что люди должны нам поверить. Конечно, всех убедить мы не сможем. Значит, они останутся здесь и погибнут. Может не сразу, но удержать вторжение местных организмов они не смогут. Я видел, как выживают монахи на южном континенте. Там всей жизни – несколько лет. Так они приспосабливались много лет, а у здешних крестьян этого срока не будет. Мы должны их убедить. Другого пути нет. Мне это тоже совсем не нравится, но я не вижу другого выхода.
Кристина снизила тон:
Я тебя понимаю, но и ты пойми людей, которые даже не представляют, с чем столкнутся, когда сюда придут хозяева возвращать свою землю. Я тебе верю, но не все знают тебя как я. И самое главное, слишком мало времени, чтобы кого-то убеждать. Мне никогда не нравился ваш Смотрящий. Он был слишком себе на уме. И вопрос об эмиграции он решил без вас. Поставил вас, что называется перед фактом. Ты уверен в тех фактах, о которых он тебе сообщил?
Максим ответил:
Он не сообщил ничего такого, до чего мы сами бы не додумались. Конечно, раз он убрал всю живность на южный континент и сдерживал её там, то после его смерти она должна попробовать взять реванш. Общество здесь примитивное и не сможет найти противодействия.
- А ты не спрашивал своего учёного, ведь он изучал местные растения. Как его мнение. Спроси обязательно – сказала Кристина и опустилась в кресло.
- Обязательно спрошу. Это дельная идея - отвечал Максим. Ему не хотелось спорить, и он ощутил: какую неподъёмную задачу он на себя взвалил. И, если у самых верных людей она вызывает отторжение, то, что скажут чужие люди. К тому же Александр что-то узнал у менестреля, тот подслушивал разговоры ткулкху. И он считает, что это может быть важным. Беда в том, что этому менестрелю ни в чём нельзя доверять. Соврёт – недорого возьмёт. Однако узнать надо. Сейчас залечу в свой замок, а на обратном пути поговорю с ним. А в замке Бетти… У Максима сладко защемило сердце.
Может это стало с самого начала ловушкой? – думал Александр. Вряд ли. Ткулкху появились недавно, а Смотрящий сто лет трудился над этой эвакуацией. Другое дело, может, они решили ей воспользоваться. Вот же неугомонные. Вот и пришлось их обоих убить. Тут нужно решить, что выгодно мне. Как подать свидетельство поэта? Он посмотрел в окно. Нет, из кабинета канцлера вид намного лучше. Может отправить часть народа на Гею, а часть оставить на Флоре? А если, и правда, сюда хлынут местные твари? Надо бы поговорить с Максимом. Сложный разговор. Он никак мне не может простить моей измены. А я был в сложнейшей ситуации: выбирал между своей и его смертью.
Но Максим - максималист и не понимает предательства. А я вот при дворе научился не принимать в расчёт такие мелочи. Вот сейчас я ему решил сложнейшую задачу – добил последнего ткулкху, но «спасибо» едва ли дождусь. Но разговаривать всё равно придётся. Он опять на первых ролях и без него никакой эвакуации не получится. Интересно, гранды среагировали на это: я такого гвалта не слышал много лет. Дюршхольм теперь бы смог им всем хвосты прижать, но он не в этой теме, потому и не настоящий канцлер.