Исполнение желаний

Понимая свободу, как приумножение и скорое утоление потребностей, искажают природу свою, ибо зарождают в себе много бессмысленных и глупых желаний, привычек и нелепейших выдумок…

Старик Зосима был прав. У нас не учат на Человека. Общество ставит перед собой задачу подготовить квалифицированного участника производственного процесса. В этом оно находится на уровне 18–19 столетий. Систему производителей не интересуют остальные потенции человеческого разума, поэтому в массе современный человек остается человеком пещерным, неспособным связывать несовместимые понятия и явления, получать удовольствия от изучения связей и закономерностей, если они не касаются непосредственного удовлетворения самых примитивных социальных инстинктов. Иначе говоря, современная система воспитания и образования не развивает в человеке чистого воображения, фантазии и — как немедленного следствия — чувства юмора. Человек воспринимает мир, как некий по сути своей тривиальный, рутинный, традиционно простой процесс, из которого лишь ценой больших усилий удается выколотить удовольствия, тоже в конце концов достаточно рутинные и традиционные. Неиспользованные потенции до сих пор остаются скрытой реальностью человеческого мозга. Задача научно педагогики состоит в том, чтоб привести в движение эти потенции, научить человека фантазии, привести множественность и разнообразие потенциальных связей человеческой психики в качественное и количественное соответствие с множественностью и разнообразием реального мира. А, если вспомнить о том, что фантазия позволяет человеку быть и разумным существом и наслаждающимся животным, если добавить к этому, что психический материал у человека невоспитанного поставляется самыми темными, самыми первобытными рефлексами, то нетрудно представить и понять (но не простить) тот жуткий соблазн, который дают наркотики…

Впрочем, эти рассуждения принадлежат не мне, а братьям Стругацким. Они об этом тревожно упоминали в «Хищных вещах…».

Наступит день и я сойду со сцены,
И маску надоевшую сниму,
Пока ж играю,
Но играю скверно,
А для чего играю — не пойму.

Наступит день и я свой грим отмою,
Сотру черты усталого Пьеро,
И свой костюм, приросший, вместе с кровью
Сорву и брошу в мусорник, в ведро.

Наступит день и больше арлекином
Я перестану публику смешить,
И смою всю браваду вместе с гримом,
И буду в правде жизни скромно жить.

Наступит день…
А если не наступит?!
А если сценой, как проказой, заражен?
А если роль чужая не отступит,
А если быть артистом обречен?..

Ишь ты, на лирику потянуло. Ладно, все к черту. Какие грандиозные планы я строил в тюрьме, ожидая слияния с Проводником! Какие возможности воображал! Пора, пора в Иркутск. Не дай Бог, я его не найду. Жизнь тогда потеряет смысл!

Все мне чудится печальный,
Запоздалый, светлый свет,
Облик девушки случайной,
Той, которой больше нет.
Той, которая мелькнула,
Словно луч в тени ночной,
Той, которая сверкнула,
Серебристою луной.

Все мне чудится смиренье
И смятенье этих уст,
Как подлунное свеченье
Серебристо-нежных чувств.
Как надлунные печали
Эти нежные уста,
И в глазах горит свечами
Неземная красота.

О, Луна! Планета ночи.
Спутник грусти и теней;
Вечер. Девушка. И осень.
И мерцание очей.
О, любовь! Каким причудам
Ты порой подчинена.
Осень. Вечер. Ты — и чудо,
И печальная луна.

И всегда, когда я вижу
Одинокую луну,
Я в ее свеченье вижу
Эту девушку одну.
Вижу вечер, вижу осень,
Серебристый вижу свет,
И луны на челке проседь,
И тебя, которой нет.

2

Семена, которые прорастают мгновенно. Оружие мира? Или войны? Представить страшно, как мгновенно из маленького семени вырастает дуб или баобаб. Растительный взрыв, подобный ядерному, но без вредных излучений.

Но мне, собственно, не до фантазий. Правдами-неправдами, очумелый после болезни и Девочки, я сижу в поезде. Плацкартная полка, почти никаких вещей. В кармане деньги медицинского персонала.