- Они другие, Карина. Привыкли к горам и другой жизни не знают. Это ты можешь сравнить и выбрать, им же это неведомо. Может в этом и есть секрет счастья?
Она качала головой, фыркала, но время шло, и теперь Карина не была так категорична. Ее ведь тоже жалели. Она видела это в глазах и надменных горожанок, и простых селянок, фракиек и дарниек, которые приходили посмотреть на заезжих циркачей. Вели детей, переругивались или смеялись, но всегда смотрели на нее с жалостью.
Конечно! Они видели одинокую циркачку. Без мужчины, детей и дома. Дикарку, у которой из скарба лишь сумка в повозке да пара чаш в руках. Разве может такая быть счастлива?
В горах она нашла себя. Здесь не было ни горько-сладкого прошлого, ни покрытого туманной дымкой выбора будущего. Только они. И горы, и лес, и простые как потертый медяк горняки.
Целыми днями Карина бродила по округе, выискивая и собирая травы. Потом долгими вечерами раскладывала и готовила их к сушке, растирала в мелкий порошок в ступе, смешивала ингредиенты и готовила зелья.
Частенько ее, то есть мальчишку Кая, можно было встретить и в Змеином углу – части леса за можжевеловыми зарослями, которую облюбовали змеи. Им с Маркусом тогда действительно повезло: попытайся они обойти горняков по кругу, встречи с ядовитыми обитателями лесов было бы не избежать.
Вот и сейчас она осторожно высматривала мелкую гюрзу, которая притаилась в тени у большого камня. Для ловли больших змей ей не хватало ни умения, ни силы – попробуй как удержи взрослую гюрзу! Эта тварь изворотливее молодого бычка! – поэтому приходилось довольствоваться малым, благо яда у молодняка хватало. К тому же она обещала Маркусу, что будет очень осторожна.
Во время сбора трав. Про Змеиный угол он не знал, Слава Богам!
Сначала мужчина был против. Всего.
Не отпускал одну в лес, держа при себе как маленькую девочку. Потом ходил за ней хвостом, продираясь сквозь буераки и дотемна дожидаясь на пригорке, пока она аккуратно собирала травы. Травинку к травинке. Помог бы, конечно, но Карина сразу сказала «Нет!».
Искусство зельевара не терпит неучей!
Наконец настал тот день, когда ему пришлось выбирать – или идти с ней вниз по реке или править сломанный ночью загон. Мужики с утра ушли в забой, справедливо оставив все заботы на пришлого, а Карина уперлась как тот баран, что и сломал загон, и совсем не хотела ждать до завтра. Точнее не могла – она так долго искала раннюю плакун-траву! Первые цветочки самые нужные!
- Нет!
- Да!
- Нет и точка! – в очередной раз отрезал Маркус и добавил уже тише. Сквозь зубы. – Ты же знаешь, что болтают. За тебя назначили большую награду. Иганес не поскупился.
- Знаю! – Карина не собиралась отступать. – Что ищут женщину. Белокожую красавицу с огненными волосами. Скажи, я похожа на нее?? Кого ты видишь перед собой, Маркус?
И провела рукой от плеч до бедра, обращая его внимание на изрядно потрепанные, но все же теплые штаны, рубаху-косоворотку и вязаный шерстяной кафтан, кое-где проеденный молью, который она надевала, когда шла в лес. Про лицо, искусанное комарами да мошками, промолчала. О чем тут говорить? Ее и мать родная не узнала бы сейчас. Если бы была жива.
- Чтобы ты ни нацепила, я все равно вижу тебя!
Сердце, глупое, сделало кульбит, замерло на миг, чтобы тут же пуститься вскачь, и она, отбросив все страхи и сомнения, шагнула вперед и взяла мужчину за руку. Сжала легонько и вгляделась в льдисто-голубые, казавшиеся когда-то равнодушными глаза.
- Мне нужно идти именно сейчас, Маркус. Ни завтра, ни вечером, а сейчас. Ну подумай, кому интересен худосочный мальчишка в поношенном тряпье? Почини загон, уважь этих людей, и дай тоже сделать мне. Пока солнце не в зените я смогу собрать траву для мази от ран. Обвалы нередки - кто им поможет тут, в горах?
- Нет! Оставь свое красноречие, здесь оно ни к чему. Горняки веками так живут. Ты не спасешь всех. Помоги лучше мальчишкам делать силки.
Тогда Карина решилась. Рассказала ему, как убежала в болота. И почему он так и не услышал ни ее сборов, ни шагов. Тут же, воровато пряча глаза, достала из кармана перевязанный бечевкой плотный мешочек.