Пора…
Пожалуй, спроси его кто через несколько десятков лет, он до мельчайших подробностей вспомнит, как и что произошло.
Как только его мир сузился до человека впереди, а тело, группируясь, приготовилось к прыжку, сбоку метнулась быстрая тень и, отводя в сторону руку, сделала молниеносное движение, от которого веером брызнула кровь.
Теплая, густая, чуть солоноватая. Она окропила волосы, залила лицо и осталась на губах застывшего истуканом Маркуса. Отрешенно, словно и нет его тут, он вдыхал тяжелый металлический запах свежей крови и, не отводя глаз, смотрел, как, опустив нож, рыжий поднял ногу и пнул мертвого прямо в воду.
Туда, где бурлила нисходящая с горных вершин река.
- Прости. - вытерев нож о лежащую на траве рубаху, хрипло просипел горняк. – Я просто вернул старый должок. Ненавижу этих шакалов.
***
Рыжий ушел на рассвете.
Как ни в чем не бывало набрал флягу воды из ручья и, весело посвистывая, зашагал обратно в каменный лес. Маркус пытался было его остановить, предложил вместе дождаться пробуждения Карины и решить что делать дальше, но тот его даже не слушал.
Махнул рукой беспечно и рассмеялся:
- Все что надо я уже сделал! А вам в лес нельзя. Думаешь, он один был? Бери-ка ты свою зазнобу и веди на Имперский тракт, там и затеряетесь среди кочевников, торговцев и бродяг. Там столько шелупони, что вас и не заметят. И еще…
Тут он достал из-за пазухи потрепанный кожаный мешочек, перевязанный золотистой тесьмой, и протянул Маркусу:
- Как окажетесь дома, отдай своей красавице. Скажи, дескать подарок от горного народа.
Глава 8
Карина
Что ей снилось, Карина не помнила. Во сне ей было тепло и уютно, совсем как в детстве.
Повернулась на другой бок, пытаясь спрятать лицо от первых лучей солнца, и тут же уперлась рукой в чье-то плечо.
Охотник… Еще и улегся рядом с ней, стервец!
Хмыкнув, Карина совсем невежливо отпихнула мужчину и, подтянув колени к животу, попыталась заснуть опять.
Не получалось. Рядом с ней молчали, а ей уже и надоело притворяться. Все же лишний час не спасет никого – до столицы рукой подать.
Повернулась на спину и, наконец, открыла глаза. Прямо перед ней было голубое как горное озеро небо. Ни облачка.
Повела глазами, ожидая встретить насмешливую улыбку охотника, и тут же улыбнулась сама. Легко и радостно.
Прямо возле нее спал Маркус.
Ее Маркус!!!
Словно не веря, Карина протянула руку и осторожно коснулась пальцами обветрившихся губ. Твердых, напряженных. Казалось, он не мог расслабиться даже во сне.
Обвела линию подбородка и, повернувшись всем телом, положила руку на грудь мужчины.
Маркус здесь. С ней. Дышит так размеренно и спокойно будто они в тишине супружеской спальни, а не на продуваемой всеми ветрами равнине.
Ох!
Всполошилась, приподнимаясь на руках и оглядывая округу. Никого. Только она и Маркус.
А Кайрон? Где Охотник?
Поднялась осторожно, тишком пробралась за валун. Тоже никого. Лошадь Кайрон отпустил еще перед каменным лесом, хвастливо добавив, что такой зверь сам до дому добежит – дай только волю.
Выпрямилась и оглянулась на спящего. Вопросы назойливыми мухами роились в голове, но не будить же ради этого уставшего человека, право слово?
Собралась было отойти для справления нужды, как глаз зацепился за отрез ткани, валявшийся на берегу заросшего гейхерой ручья. Подошла ближе, всматриваясь и узнавая в серой тряпке рубаху охотника.
Широкие листья неприхотливой гейхеры были щедро обагрены кровью.
Карина лишь сурово поджала губы, принимая чужую смерть. Права была жена Жойта – когда мужчины сделают свой выбор, ей останется лишь принять его. В конце концов, разве он первый из погибших по ее вине?
Вернувшись к Маркусу, Карина неспешно позавтракала остатками вчерашнего сыра. В сумке охотника было еще вяленое мясо, однако она справедливо рассудила, что оно может подождать – неизвестно еще, куда они пойдут теперь.
Мужчина проснулся, когда ветер донес со столичных стен звук колокола, означавшего смену ночного караула. Потянулся как довольный сытый кот и, открыв глаза, улыбнулся Карине.