Попить не мешало бы, поэтому с удовольствием смочила горло и утолила жажду. Приподнялась, чтобы спине стало удобнее, и приготовилась слушать.
– Мы в Калининграде, пришлось ставить тебе капельницы для очищения крови. Видимо, успела хорошо наглотаться той дряни.
– А кто это был, выяснили? – незнание ситуации тяготило.
– К сожалению – нет. На камере засветились трое. Все в масках. Личности не установить, – стиснул зубы Ефим.
– То есть мы так и не знаем, напали на тебя или меня, – сделала я неутешительный вывод.
– Пришлось другую группу подключать, мои люди не справляются. Навредить не хотели, тот газ – это старая военная разработка, её уже не используют, потому что много побочных эффектов. Своего рода снотворное и психотропное. Прости, думал в моём доме, мы в безопасности, – Ефим гладил по руке, даже не осознавая этого.
– Ничего себе не хотели навредить! Я под капельницей, Мария Гавриловна в больнице, – я громко засопела от возмущения.
– Возможно, это из-за того, что у тебя организм ослаблен, – предположил Ефим, – доктора вызывали прямо сюда. Как ты себя чувствуешь?
Прислушалась. Пошевелилась.
– Ничего не болит. Голова кружится и слабость небольшая.
– Поспи ещё, – он попытался поправить подушку, чтобы я съехала пониже, но я сопротивлялась.
– Ой, я же «Лиану» оставила без руководителя, – почему-то осенило меня, – пока Стас, но его надолго не хватит.
– Дай объявление, собеседование проводи по интернету. Назначь испытательный срок, – предложил дельную мысль Ефим.
– Даш ноутбук?
Около двух часов я решала проблемы фирмы. Выставила объявление о найме, созвонилась со Стасом. Кратко описала ситуацию. Тот сначала запаниковал, но, когда понял, что ему помощника ищу, тут же подключился к процессу.
– На тебя вся надежда!
Стас засверкал фирменной улыбкой и пообещал справиться.
– Чем займёмся? Я в Калининграде никогда не была. Заграницу всю объездила, а тут – ни разу, представляешь? – я перевела разговор в другое русло.
– Ты знаешь, я тоже. Мне всегда хотелось побывать тут именно с тобой, осуществить нашу подростковую мечту, поэтому осознанно или нет, я выбирал города для бизнеса, не затрагивающие этот маршрут, – он расслабленно вытянулся рядом на кровати и достал планшет. – Куда пойдём смотреть достопримечательности?
– Оу, тут много всего, я давно уже прикидывала маршрут, изучала туристические тропы, – поэтому начнём с Куршской косы, – поднялась осторожно, пытаясь понять своё состояние. Тошнота и головокружение было, так же как и слабость. – Закажи покушать в номер, а я пока помоюсь, – на трясущихся ногах я пошла в душ.
– Ты прости, но мы в частном пансионате, и единственное условие хозяйки было – не кушать в комнатах, так что придётся выйти в общий зал.
Я возмутилась, а потом решила, что не стоит это моих нервов. Водные процедуры немного взбодрили, а завтрак так вообще привёл в благодушное состояние.
– Познакомься, это хозяйка пансионата, – представил Ефим немолодую женщину, когда мы закончили с едой, – Маргарита Степановна.
– Вы похожи на нашу первую учительницу, – сказала, не подумав, а потом внимательно присмотрелась. Перевела взгляд на Ефима. Он улыбался. – И звали её так же.
Женщина рассмеялась.
– Да, это я, – она весело подмигнула и присела к нам за столик. – Я узнала Ефима, а где Ефим, там и ты, – худая, я бы сказала, — сухощавая, женщина приветливо улыбалась, и видно было, что она действительно рада нас видеть. – Моя дочь вышла замуж, переехала с семьёй сюда, ну и я за ними. Они организовали гостиничный бизнес, а я присматриваю за хозяйством, – в двух словах Маргарита Степановна рассказала о своей жизни.
– Неожиданно, – я никак не могла прийти в себя, ведь давно уже никого не видела из школы.
– Ну а вы, смотрю, ребёночка ожидаете? Сегодня жарко будет, наденьте шляпку, – на этих словах я поперхнулась, а Ефим оторопел.
– Вы ошибаетесь, я не могу иметь детей, – разозлилась я, ведь женщина наступила на мою больную мозоль.
– Почему? Насколько я поняла из рассказа Ефима, у тебя есть взрослый сын, – учительница даже не понимала, что своими словами делает, не просто больно, а очень больно.
Я зло взглянула на Ефима, а потом на женщину, что уселась беспардонно за наш столик.
– Я отвечу, но это только потому, что когда-то уважала Вас, – вздохнула, прикрыла глаза. – После рождения сына, года через три, я очень захотела второго ребёнка, и как бы мы с мужем ни старались, ничего не получалось. Тогда он предложил пройти обследование, и оно выявило, что рождение сына было чудом, потому что мой организм больше не сможет зачать.
Я уже чуть ли не всхлипывала от досады, что пришлось вываливать свою боль при Ефиме.
На женщину моя исповедь вообще не подействовала.
– Не знаю, что говорил там врач, но уж беременную от не беременной я могу отличить. Срок уже не маленький, да и по внешним признакам видно, всё-таки у дочери пятеро детей, – Маргарита вскинула уверенно подбородок, обвела нас учительским взглядом и вдруг подмигнула, – а давайте, мы сейчас это проверим.
Я смотрела на неё, раскрыв рот, но деятельная старушка схватила меня за руку и потащила на хозяйскую половину.
– У дочки всегда лежат несколько тестов на всякий случай, – бубнила она себе под нос, – а вечером можно анализ крови на ХГЧ сдать, – человек – айсберг вручила мне пять тестов и отправила в дамскую комнату.
– Зачем так много? И одного хватило бы, – я сопротивлялась, но меня с силой толкнули в женский туалет и захлопнули дверь.
– А это чтобы ты поверила, – женщина засмеялась над чем-то своим.
Через полчаса, я, белая как привидение вышла из дамской комнаты и положила на стол перед Ефимом пять положительных тестов. Он в шоке смотрел на меня, а я на него.
Маргарита Степановна с любопытством разглядывала нас, как энтомолог букашек под микроскопом.
– Но я не могу, у меня ведь онкология в третьей стадии, – голос плохо слушался, а руки тряслись.
Всё благодушие вмиг слетело с лица женщины.
– Ты проходишь лечение?
– Нет, мне диагноз поставили всего лишь несколько дней назад, – я продолжала смотреть в глаза Ефима и ожидала от него хоть каких-нибудь слов. Но, он молчал.
Переварить такую новость нелегко.
Маргарита Степановна решила всё за нас.
– Сейчас вы идёте гулять, как и собирались, а вечером придёт дочь, она у меня медик, возьмёт кровь на анализ, установит срок, посмотрит, что с твоей болезнью, – хозяйку отвлекли от нас по каким-то делам, и мы, скомкано, попрощавшись, пошли к машине.
Шли молча, каждый думал о своём, а мои мысли были далеки от радостных.