Монолог Ефима немного задел что-то внутри, но не сильно.
– А что с ней сейчас? – решила больше не слушать о том времени, ведь причиной срыва стала я.
– Не знаю, мы не созванивались уже лет пять, может больше, – задумчиво протянул Ефим.
– Понятно, а причём тут Лиза?
– Лиза, – словно очнулся от транса муж, – Лиза как раз и похожа на Хизер. Я посмотрел видео. Её жесты, мимика, всё – один в один. Но я не уверен. Хотел позвонить, спросить ненавязчиво, есть ли у неё дочь.
– Думаешь, это она мстит тебе через дочь? Но тогда, с какого бока тут я и моя фабрика? А может… – я запнулась.
– Говори уже, что надумала, – устало выдохнул муж.
Вот уж кому-то досталась мнительная женщина.
– А может Лиза быть твоей дочерью? – предположила я, – и кто её муж, я имею в виду, Хизер.
– Нет, не может, я уверен. Когда расставались, она не была в положении. Тем более мы встречались после у общих знакомых несколько раз, и живота я не замечал. А замуж? Нет, замуж она так и не вышла. Причин не говорила, а на все мои предположения смеялась и говорила, что ждёт, пока я не разочаруюсь в своей возлюбленной.
– То есть во мне? – уточнила я.
– А ты думаешь, у меня есть ещё одна любовь всей жизни, – скептически поднял брови брюнет.
– Ну не знаю, – засмеялась, а Ефим выдохнул с видимым облегчением, – тогда давай ей позвоним, и всё выясним, чего гадать?
Видимо моё напряжение передалось и ему.
– При тебе? Ты хочешь, чтобы я звонил при тебе?
– А что тут такого, всё равно потом придётся рассказывать, а так я сама всё услышу.
– Хорошо, вот доедем до места ночёвки, и позвоним.
13. Кто же такая Лиза
Дальше ехали без особых разговоров. Дорогу в почти триста километров, проделали за пять часов. Приходилось несколько раз останавливаться, чтобы размять ноги, и сходить по нужде.
По интернету зарезервировали квартиру, и добрались до неё, когда уже солнце село, а воздух наполнился прохладой. Еду заказали с доставкой на дом из ближайшего ресторана.
Первым делом я рванула в душ. Ничто и никогда не может сравниться с этой эйфорией, когда на разгорячённое солнцем и дорогой тело капают первые прохладные капельки воды.
– Блаженство!
Мочалки в ванной не увидела, или я просто не нашла, зато мыло лежало на видном месте. Принюхалась.
– М-м-м, мне нравится. Аромат персиков, обожаю.
Вспенила кусочек прямо в руках. Ладонями прошлась по шее, груди, плечам, ощущая, как усталость утекает вниз, вместе с грязными струйками и кружит в водовороте слива. Не слишком задерживаясь, лёгкими касаниями пробежалась по бёдрам, с нежностью погладила уже хорошо видный животик. Натруженные за день ноги тоже удостоились ласки. Ладонями с силой разогнала кровь на мышцах, отмечая, что пора удалять лишнюю растительность, хорошо помассировала ступни.
Маленький пакетик одноразового шампуня нашёлся тут же. Всю шевелюру промыть не удалось, но лёгкость после мытья и массажа кожи головы появилась. Уже хорошо!
Смыв с себя дорожную пыль, вернулась в комнату, где уже хозяйничал Ефим. Чмокнул в губы, и тоже пошёл окатиться. Пока его не было, закончила с сервировкой стола, и дожидалась эффектного появления мужа из ванной.
– Я знала! – воскликнула, когда Ефим вышел в одном полотенце, с капельками воды, стекающими по голому торсу.
– Что, разочаровал?
– Конечно, нет, ты же знаешь, что твоё тело прекрасно, оно гибкое, мощное, сильное и жилистое, всё как я люблю, – подначивала игриво.
– Никогда ты этого не говорила, – Ефим подходил к столу, походкой хищника, – хочу услышать ещё раз, а то я уж и не знаю, как тебя соблазнить, – он добрался до меня, и запечатлел жаркий поцелуй, а потом сел рядом, предлагая покушать.
К концу трапезы, жутко хотелось спать. Организм насытился, и желал в «люлю». Но нам предстояло одно очень важное дело, поэтому я пересилила себя. Вдвоём убрали со стола, и я прислонилась к прохладному боку супруга. Он достал телефон, нашёл номер в записной книжке, и набрал его.
Нельзя столько нервничать, но ничего поделать не могла. Это просто нужно пережить.
Гудков прошло уже много, но трубку не брали, и когда я уже думала, что всё, в тишине комнаты прозвучал низкий женский голос. Хорошо, что я прекрасно владею английским. Иначе ни слова бы не разобрала.
– Ефим, ты?
– Здравствуй, Хизер, не отвлекаю?
В ответ раздался каркающий смех, который перешёл в долгий удушающий кашель.