Хорошо, что в квартире нашёлся балкон. Дальше квартиры, меня муж не выпускал, да и сам отлучался только в ресторан за едой. Готовить он не хотел и мне не давал.
– Зачем, если повар сготовит вкусно и сытно, а я могу с тобой побыть, – пресекал он все споры.
Ефим не отлипал от моего тела. Куда я, туда и он. Лишь иногда брал ноутбук, и уходил на кухню работать. Тогда и я звонила Стасу и разбиралась в накопившихся делах. Парня оставила начальником. А новую девушку, принятую после собеседования, оставила замом. Когда Стас понял, что ничего сверхъестественного я от него не требую, успокоился, и стал работать нормально.
А Ефим… Он замолкал на полуслове, всё время хмурился, а я не знала, что делать с таким настроением. Понимала, что он себя поедает изнутри, но ничем помочь не могла. Поэтому просто ела, спала, выходила на балкон подышать воздухом.
Через неделю мы вышли прогуляться в город. Радость омрачала только постная физиономия мужа.
С разрешения Татьяны посетили аквапарк.
– Только в банях не пересиживай, тебе греться нельзя, – её напутствие Ефим выполнял особенно ревностно.
Удовольствие от аквапарка я не получила. Не успевала зайти в соляную баню, как он уже тащил назад. Я молчала, понимала его такую перестраховку, улыбалась, и шла дальше плавать или сидеть в джакузи.
Но и там тирания продолжалась. В джакузи нельзя, с горок нельзя, в баню нельзя, а поплавать я могла и в море. Через три часа идиотизма, я не выдержала, развернулась и поехала домой.
Для надёжности, хоть ничего не тянуло, в этой квартире прожили ещё неделю. А потом рванули в Смоленск.
Дорога заняла четыре часа. Я не устала, но и обычной радости от поездки не ощутила. Сложно находиться вдвоём и всё время молчать.
В Смоленске тоже сняли квартиру. Хоть я и хотела быстрее к морю, но пришлось задержаться на неделю. Решили заняться завещанием. Работа с нотариусами обычно нудная и кропотливая.
14. Смоленск
Найти толкового – оказалось сложно. Поэтому выбрали по рекомендациям в интернете. Зря.
Невысокого роста, с заметным животиком, он выглядел слишком прилизанным. Будто каждое утро мужчина выщипывал лишние волосинки на тонкой бороде пинцетом, смазывал брови вазелином и укладывал завитки в причёске один к одному.
Его требования приводили меня в бешенство. Нет, я понимала, что они обоснованные, но его отношение к клиентам было просто унизительное.
– Вы что, тупицы? Не знали, что нужно паспорт менять после регистрации брака? – орал он.
– На замену даётся девяносто дней. А прошла всего пара недель, – парировала я.
– Тогда чего вы ко мне припёрлись? Я не могу составить завещание, если хоть какие-то документы не в порядке.
– Составьте по старым, – настаивала я.
На что меня обозвали дурой, недоучкой, тупой и малообразованной. А когда я попыталась узнать, можно ли на ещё не родившуюся дочь составить завещание, я огребла по полной.
Пришлось менять паспорт. Хорошо, что со связями Ефима нам сделали это быстро, и даже все печати нужные проставили.
Во второе посещение конторы ничего не изменилось. Нас также обругали за отсутствие документов на объекты сделки. Ефим предложил мне сменить нотариуса, но я же упёртая бываю.
Лучше бы его послушалась.
В третий раз, когда я вновь пришла с документами, что нам доставили курьером, я думала, что разгромлю кабинет и побрею его хозяина на лысо. Оказалось, что нужно ещё кучу справок, у которых срок действия десять дней. Он возомнил себя пупом земли и допёк меня так, что нервы не выдержали, и я сорвалась. Понимаю, что ни фига не юрист и не нотариус. Но, когда он меня обозвал вечно беременной крольчихой, я орала так, как никогда в жизни.
– Ноги моей больше не будет в вашей убогой конторе! Неужели нельзя сразу выдать список всего, что необходимо? И оскорблять себя – не позволю!
Я много чего ещё наговорила, но очередной приступ кашля скрутил меня прямо в дверях.
– Да вы не в своём уме и не в здравой памяти, – брызгая слюной, крикнул нотариус мне вслед.
Возможно, на меня так влияла беременность, ведь женщинам в этот период, как известно, свойственны перепады настроения. Возможно, повлияло то, что Ефим в тот день отлучился ненадолго. Я ведь в жизни не позволяла себе даже голос поднять на своих подчинённых. А тут…
Да, в Смоленске моё самочувствие ухудшилось. Кашель стал постоянным спутником. Слезились глаза, горло першило, а ещё на теле появились небольшие красноватые высыпания.
Обессиленная, еле выползла из кабинета местного злодея. Секретарь напоила меня водой, и организм дал передышку.