Я закашлялась, слишком долго задерживая воздух. Ефим аккуратно дал мне попить. Потом снова угнездился и продолжил рассказ.
– Сначала она идеализировала меня, а когда мама заболела, то нашла, кого в этом обвинить.
Я слушала внимательно, не перебивала.
– Когда она приехала в Россию, то решила найти меня и… отомстить.
– За что? – не поняла я.
– Да за всё. За свои нереализованные мечты, за то, что меня не было в их жизни. Лиза подружилась с секретарём корпорации, долго меня ловила, но так и не смогла навредить. Так, по мелочи гадила, но секретарь не хотела лишаться работы и рассказала про тебя. Вот тут девушку и осенило, что можно сделать ещё больнее. Меня хорошо охраняли, а ты гуляла свободно по городу.
– Никогда не думала, что мне нужна охрана, – хмыкнула я.
– Я тоже. Секретарь ещё ответит на множество вопросов, – Ефим зло оскалился, но потом с нежностью погладил животик малышки и успокоился.
– Ясно, она решила сделать больно тебе через меня. И что она сделала? Она ведь обычная девчонка без связей и денег.
– Вот тут ты ошибаешься. Она быстро нашла себе покровителей у твоих конкурентов. Не сильно ты им и мешала, но раз такой кусок сам шёл в руки, то грех не воспользоваться.
Я понятливо кивнула. Ничего себе схема закрутилась.
– Чтобы быть ближе к тебе, она познакомилась с Денисом и начала влиять на него, а потом случай свёл их с Леной.
– Подожди, подожди, уж не хочешь ли ты сказать, что мой сын всё это время знал о наличии у Игоря второй семьи? – сердце заколотилось несмотря на усиленное успокоительное.
– Мне жаль тебя расстраивать, но да, знал.
Внутренности рухнули в пропасть. В лицо ударила кровь. Снова больно. Руки сжались в кулаки, судорожно хватая простыню. Бывает хуже? Да, и я приготовилась слушать дальше, по опыту понимая, что ждать хорошего нечего. Нескоро смогу это переварить.
– Когда Лиза познакомилась с Леной, поняла, что за фирмой уже давно ведёт охоту любовница Игоря. Она видела, что Денису это всё не нужно и, чтобы сделать больнее, решила его отравить. Слава врачам, он выжил.
Я стала с трудом воспринимать происходящее. Нужна передышка. Слишком много всего. Лена, Игорь, Денис, Лиза, – какой-то сюрреализм.
– Подожди, остановись, не могу больше, дай успокоиться и положи малышку рядом.
Ефим тут же подсунул кроху мне под руку. Я сменила позу и поняла, что болит низ живота, а не сам живот.
– Скажи, а мне сделали кесарево? А то не могу руки убрать от красавицы.
– Нет, не успели, сама родила, причём так стремительно, что еле поймать успели, – Ефим фыркал от смеха, пытаясь сдерживаться.
А я, опустошённая новыми знаниями, затихла, любуясь на дочь, а потом незаметно для себя уснула.
Проснулась воодушевлённая. Ефим ожидаемо сидел на кресле с малышкой на руках. Какое это счастье — увидеть собственное дитя, когда уже не ожидал. Из Ефима получится замечательный отец. Слезинка счастья одиноко скользнула по щеке.
– Ты чего, мать? – сверхчувствительный муж и это увидел.
– Мне иногда кажется, что у тебя везде сенсоры стоят, чтобы отслеживать мои эмоции и телодвижения.
Он тихонько рассмеялся, чмокнул малышку в лоб, поднялся, поднёс ко мне.
– Чуточку полюбуйся, ты долго спала, ей уже кушать надо, сейчас отнесу и вернусь, – папочка постоял немного и ушёл.
Вернулся быстро, сел на кресло весь собранный и в напряжении. Я тоже напряглась.
– Послушай, – видя, что я вытянулась на кровати, – хочу закончить рассказ, но сначала…
Ефим наклонился ко мне и поцеловал. Сначала аккуратно, а потом, у него словно сорвало тормоз. Жадно, горячо, порочно. И я отвечала также страстно, подчиняясь всё затмившему желанию.
– Ой, – воскликнула, когда он прижался слишком сильно.
– Извини, у тебя трещина ребра, старайся не активничать сильно, – совсем немного отстранился муж.
– Откуда? Ах да, выстрел же, но как…
– Пуля попала в брошь, что подарила Маргарита Степановна, разломав её в хлам, но тело даже не поцарапала. Только оставила синяк от удара и трещину на ребре.
Я прикрыла глаза, вспоминая и заново переживая тот момент.
А Ефим, не давая пуститься глубоко в воспоминания, снова начал целовать.
– Спасибо тебе, – оторвался от губ муж, но не прекратил поцелуи.
Глазам, щекам, лбу, шее, и даже немного груди досталось от жаждущего большего мужа.
– Как же трудно от тебя оторваться, но, надо сказать, главное.