- Хреново... - выдает в ответ Алена. Да это я вижу, милая.
- Жизнь не удалась? - уточняю я. Она по-прежнему не спрашивает, кто я и что мне нужно. С задумчивой тоской смотрит в сторону.
- Вышла за этого.... козла... - слышу я. - Всю молодость мне испортил (вместо «испортил» она употребила иное слово). Васька-сантехник. Ну разве это мужик? - с горечью вопрошает Алена. - Заработать не может, ни ценит меня ни фига - не муж, а черт знает что. А как напьется....
Всю боль, все разочарования неудачной личной жизни Алена выплескивает мне за одну минуту. Но мне эта минута кажется вечностью. Откровение девчонки, когда-то мнившей себя принцессой, а теперь заскучавшей в статусе жены простого сантехника.
- А помнишь, как ты любила, когда Вася встречал тебя возле училища и нес домой на руках? А как вы целовались в парке за деревом? А его надпись на асфальте под твоим окном - «Доброе утро, любимая!».... Ты каждое утро спешила к окну и перечитывала эти слова.
Все это рассказываю ей уже я. Взгляд Алены замирает на мне.
- Ты все знаешь, - тихо произносит она. - Черт тебя поймет, кто ты и откуда тебе все известно, но мне на это наплевать.... Я наш роман помню, а вот Васек точно позабыл. Ни хрена в жизни не получила, о чем мечтала. Блин, как мне плохо.
Я должен ее перебить сейчас. Иначе Алена ничего не поймет. А если не поймет, то и ничего не получит.
- Да, нет, Аленушка. Тебе еще не плохо, - спокойно, но жестко говорю я. - Знаешь кому плохо?
- Кому?
И я показываю ей рукой в сторону. Алена поворачивает головку в направлении моей ладони и видит в торговом зале лоток с мороженным. За лотком сидит продавец.
Грустный паренек в инвалидном кресле. Он неизменно на своем рабочем месте - работящий и несчастный.
- Это потому, что он не может ходить? - она сочувственно хлопает ресницами.
- Нет. Это потому, что его не любят девушки.
Алена теряется, не знает, что ответить, но потом снова переключается на себя.
- А как за мной бегал Марат....
- Одноклассник?
Она грустно и утвердительно качает головой.
- А сейчас - теннисист из рейтинга мировой десятки, - констатирую я. - Победитель турниров, звездный спортсмен, звездный жених и...
- Настоящий красавец, - дополняет Алена. В голосе девушки звучит печаль по упущенным шансам. - Каким он теперь стал....
Ее мысли уносятся по линии времени - далеко назад.
- В любви мне признавался. Блин, был бы он тогда понастойчивей. И я досталась Ваське. Ничего не понимала, идиотка малолетняя.
- Никогда не поздно все исправить.
Я доношу эту мысль до Алены, как вечную, непреложную истину.
- Ой, не верю, - уже живо спорит со мной она. Простая женская душа, заскучавшая по ласке и празднику для сердца и тела. - Если упустила, то все. Ни во что уже не верю.
Тебе нужен праздник, Алена? Для этого случая есть я.
- А в Деда Мороза хоть веришь? - весело интересуюсь.
Алена меняется в лице, и мне показалось, ее грусть утекает, уступая место приливу надежды. Она уже не смотрит на меня отстраненно, а взгляд девушки дарит вспышку доброй иронии.
- Ты, что ли, Дед Мороз?
И будто в ответ на ее вопрос у Алены звонит мобильник. Она снова становится недовольной.
- Это мой, - сообщает мне она, полагая, что звонит муж, и раздраженно подносит к уху включенную трубку. Через секунду бледнеет, затем краснеет, ее дыханье спирает, и Алена застывает, как статуя, на кафешном стуле.
- Марат?.....
Девушка пораженно дышит, сбивчиво отвечая в телефон.
- Здравствуй... Не ожидала....Я тут в одном торговом центре... Да, одна.... Да, время есть... Увидеться?.... Сейчас?.... Ты хочешь за мной заехать?.... Ну, вообще, свободна....
Ее собеседник прощается с ней до самой скорой встречи, и Алене остается лишь изумленно заглянуть мне в глаза.
- Это ты?..... Это ты все устроил?
Зачем объяснять что-то той, кто все понимает. Она старше и опытней Веры, отсюда и такая прозорливость. Алене больше чем Вере приходилось в жизни терять.
- И что мне делать? - растерянно спрашивает девушка.
- Идти на свидание с Маратом, кавалером твоей юности. Ты же этого просила, - у меня нет для Алены иного ответа.
- А тебе зачем исполнять мои мечты? - вдруг задает еще один вопрос она. Как-то по-новому меня рассматривает, проходится взором с ног до головы и выдает. - Ты что, меня того.... Хочешь?
И Аленка об этом. Хохочу открыто, но оцениваю ее фигурку. Налитая грудь созревшей, опытной женщины, сочные, округлые бедра, распирающие узкое платье, миловидное личико, еще не принявшее намек старости... И ножки.... Довольно таки хороша. А глаза, голубые глазки сейчас смотрятся, как у юной девочки. Горят азартом и огоньком сексуальности. И желанием!